- После сытного обеда не помешает размяться! Где мой топор? Пойду проверю, как тренируются эти глисты в обмётках на заднем дворе! А то война на носу, а они только про пирожки, да пиццы думают! – пробасил отец, поднимаясь из-за стола, и все тоже зашевелились, прекращая обжорство.
Кто-то из мужчин пошел с отцом.
Кто-то остался на кухне, чтобы помочь убрать со стола и помыть посуду.
А Майя поднялась вслед за Бураном, к которому обратилась милашка Лада со словами:
- Пойдемте, я покажу вашу комнату.
Казалось бы, ничего особенного!
Но Буран при этом ТАК улыбнулся, что стало неловко, и Майя тут же покраснела.
Вот же ненасытное создание!
Секс ведь был совсем еще недавно!
Её тело всё еще побаливало и не до конца отошло от его медвежьей ласки, а он уже снова был готов повторять свои подвиги!
Только, наверное, все медведи были такими, и Буран не стал исключением.
Его энергия в родном месте в буквальном смысле пёрла из всех мест, и пока Майя не знала наверняка, сможет ли она всю эту энергию принять на себя.
Страшновато было как-то!
Сейчас она скромно и быстро шла за Ладой по длинному коридору и шлепала периодически своего любвеобильного мужа по шаловливым рукам, которые он постоянно тянул к ней, стремясь ущипнуть за ягодицу, совершенно не стесняясь того, что это все могла увидеть милейшая Лада.
Девушка еще не знала, что у Лады был такой же любвеобильный медвежий муж который так же никогда не упускал момента и возможности зажать свою любимую девочку, где бы они не находились вместе и сколько бы лет вместе не прожили.
Потому что любовь берсерка была неизменной и стабильной как сам мир. А еще не иссекаемой.
- Вот! Комнатка простая, как у всех, но мне они всегда нравились, - мило улыбнулась девушка, когда они наконец дошли до нужной двери и Лада открыла её без какого-либо ключа, - Когда мы уезжаем в город по работе Нефрита, я очень скучаю по нашей комнатушке. Всегда хочется вернуться сюда как можно быстрее.
Майя улыбнулась в ответ, но тут же поняла, и почувствовала о чем говорила девушка.
Она еще никуда не уезжала из этого места в город, а ей уже нравилось здесь.
И в этой семье и в этой комнатке, где всё было деревянное, даже столик и огромная массивная кровать, на которую тут же кивнул довольный мурчащий Буран со словами:
- Наш размерчик. Беровский. И по степени прочности как раз для нас.
Мужчина изогнул бровь, словно говорил: «Ты же понимаешь, о чём я!»
И Майя, конечно же понимала.
