Автор
Две родные сестры, попавшие в чужой и не слишком дружелюбный мир, пытаются наладить свою жизнь. Сестра, родная кровь, в трудную минуту поможет! Или нет? Пусть вокруг неожиданно оказался не надежный, удобный и привычный мир, а унылое средневековье, люди от этого не меняются. Так же точно существуют любовь и предательство, порядочность и зависть. Всегда ли нужно прощать врагов своих?...
Малышка Аделина, как мне кажется уже сейчас, весьма рассудительная особа, – эти мои слова вызвали у графа слабую улыбку, и он тихо ответил:
-- Она совершенно восхитительная девочка, и я люблю ее. Рольф, ты разрешишь? Я буду благодарен вам, госпожа баронесса, если в личных беседах вы будете звать меня по имени.
Рольф молча кивнул и, положив сверху свою руку на кисть графа, крепко сжал ее.
***
Пообещав Иогану вернуться на пятидесятый день к поминкам, мы отправились домой.
Почему-то вдруг мерная езда по гладкому накатанному пути стала вызывать тошноту и головокружение. Дважды меня просто вырвало, а противнее всего мне казался запах костра. Домой я вернулась совершенно обессиленная. И, глядя, как Сусанна хлопочет вокруг меня, Рольф спросил:
-- Олюшка, а ты не затяжелела, случайно?
Почему-то такая простая мысль совершенно не приходила мне в голову. Я торопливо поднялась в комнату и нашла свой календарик, где отмечала лунные дни.
-- У нас будет девочка, и мы назовем ее Жанетта.
На лицо мужа было приятно посмотреть. Этакая смесь радости, недоверия и смущения, сдобренные капелькой любопытства.
-- Олюшка, а если у нас будет сын? – с интересом спросил он.
-- Не спорь! Я точно знаю, что это будет девочка.
К счастью, через пару недель мои тошнота и отвращение к дыму пропали, и эту беременность я носила, пожалуй, даже легче, чем первую. Прежде всего, отсутствовал страх перед неизвестностью. Кроме того, у меня был хороший аппетит, но не было страсти к обжорству. Я чувствовала себя крепкой и здоровой, а мысль о том, что скоро у меня появится крошечная дочь, умиляла почти до слез.
***
К пятидесятому дню, в легкую сломив сопротивление мужа и отца, мы ехали в Партенбург всей семьей. Алекс, первый раз отправившийся в путешествие, подпрыгивал от нетерпения и вынес бесконечными вопросами мозги и мне, и Рольфу.
