— Если люди начнут уходить из кварталов в темноте, страшно подумать, что случится.
— Сейчас, — сказал Крони инженеру, — наши люди переносят к лифтам прожектора. Их установят минут через пятнадцать. Вы сможете продержаться?
В этот момент зашуршал репродуктор над их головами — репродуктор общего оповещения.
— Это Спел, — сказал Крони с облегчением. — Директора все-таки решились обратиться к людям. Я боялся, что они предпочтут погубить город.
Крони ощущал, как текут секунды, и представил себе, как в городе, не ведающем о событиях последних часов, люди бросают дела и оборачиваются к репродукторам.
И тут шуршание было прервано выстрелами… Крики, стоны, хрипы умирающих и снова выстрелы, как бы ставящие серию точек над страшной и непонятной сценой наверху.
Несколько секунд все стояли неподвижно. Замер весь город, и даже самые неосведомленные связывали выстрелы с далеким гулом взрыва, который услышали только что. Память о землетрясении, погубившем несколько лет назад часть города, просыпалась в подсознании первобытным страхом, стремлением вырваться наружу, но слово «наружу» означало лишь другой уровень.
— Что там произошло? — спросил Крони у Круминьша, но и Круминьш ничего не знал.
И тут шуршание в репродукторах было прервано тихим, срывающимся голосом инженера Рази.
— Сограждане, — сказал он.
Не было времени объяснять, что произошло. Как стражники продолжали исполнять приказы исчезнувшего Мокрицы, так и Рази именем мертвых директоров обращался к людям.
— Совет директоров приказывает: всем без вещей выходить из кварталов…
Рази вспоминал расположение лифтов и лестниц и старался представить самые короткие пути к спасению.
— Кварталы 1, 2, 3, 4 каждого жилого уровня поднимаются вверх по лестницам и служебным лифтам левой стороны. Остальные сектора подходят к главным лифтам. В первую очередь садятся в лифты те, кто живет на самых нижних уровнях. Наблюдение за порядком поручается квартальным. Вещи брать с собой запрещено. Каждый, кто попытается бежать, отталкивать других, будет наказан. Квартальные уходят последними, когда уровень освобожден от людей.
Каждый берет с собой зажженный светильник и ставит на улице у своего дома. Сообщение будет повторено.
Рази бросил микрофон. В дверях переговорной стоял пожилой инженер со свитком в руке.
— Кладите планы на стол.
Инженер начал раскладывать листы на столе директоров, где лежали колокольчики и карандаши членов Совета.
— Мне некогда повторять оповещение, — растерянно сказал Рази. — И как назло, никого нет.
