В Книге ХIII "Кодекса Крови" события взлетают на новый уровень опасности и тревоги. Комаро и Райо бессонными ночами поискищут пропавшую Тэймей, подталкиваемые древней кровной связью, которая не знает границ. Сюжет завораживает и напрягает, как живая сталь в бесконечном бою за выживание на грани земель и загробного мира....
— Почему они ими не пользовались⁈ Это же…
— Да, по сути, это изящный обход запрета на наличие лишь одного покровителя и одного сильного родового дара, — перебила меня Агафья. — Свой дар плюс дары трёх жен делали владельца на голову выше остальных магов.
— Но род Занзара это не спасло, — печально подвёл я итог.
— Не забывай, кем были их соперники, — вскинулась Агафья. — Уже забыл, как с Олегом Крысиным схлестнулись? А теперь представь, что таких несколько десятков и они бьют по площадям без передышки за пределами досягаемости твоих даров… То-то же!
Я вынужден был согласиться с вампиршей.
— Артефакты завязаны на кровь рода Занзара, поэтому остальным они — как мертвому припарка, — продолжила делиться подробностями о браслетах Агафья, любовно поглаживая их по очереди. — Там ещё столько всего было интересного, но это просто венец творения!
Я разглядывал эти произведения искусства в артефакторике, и у меня родилась в голове шальная мысль.
— Если кто-то и сможет превзойти их, то только ты!
Агафья ошалело затрясла головой, отказываясь и всем своим видом говоря: «Я не я и задача не моя».
— Я не смогу! — при этом глаза у вампирши были испуганными и круглыми, как чайные блюдца.
— А я в тебя верю!
— Это идеальная конструкция! — продолжала упорствовать Агафья.
— Нет, она неустойчива, — наобум выдал я совершенно спонтанный аргумент. — Четырёхлистник будет лучше.
Вампирша склонила голову на плечо, словно разглядывала артефакты под другим углом зрения. Она хмурилась и водила удлинившимся ногтем по деревянной столешнице, выцарапывая линии силовых конструктов.
— Хм… а если…
Что «если» я так и не услышал, ведь Агафья сграбастала браслеты и умчалась прочь из кабинета с такой скоростью, что тяжёлые шторы на окнах потянулись за ней следом.
Я же задумался, что перед поездкой в Европу мне, видимо, придётся одолжить у сестры подарок на помолвку от Великого Князя. Кровь Винограда текла и в моих венах. А потому артефакт должен был сработать.
* * *Микаэль дель Ува проснулся от отцовского крика. Так громогласно, с резонированием барабанных перепонок и дрожанием стёкол в окнах мог орать только князь Алесандро дель Ува.
