Всё это время Трай считал, что его перерождение в Михаиле Комарине — случайность, стечение обстоятельств. Но что, если всему есть причина? Что, если прошлое Комариных не менее грандиозное, чем Эсфесов? Монета всегда имеет две стороны, а Михаилу-Траю предстоит сделать свой главный выбор. Чего будет стоит безопасность родных и друзей в нескольких мирах? Какую цену назначит Вселенная?...
"М. Борзых
Кодекс Крови. Книга ХVII
Глава 1
Это СЕМНАДЦАТЫЙ том! Первый по ссылкеhttps://author.today/work/281736
* * *Вы когда-нибудь находились в эпицентре взрыва? Нет? И не советую!
Особенно, если каждой клеточкой тела чувствуешь, как из твоего средоточия испаряется магия. И если мне с моим пятнадцатым-семнадцатым уровнем потеря двух третьих ёмкости источника доставляла дискомфорт, то всем меня окружающим опустошило резерв напрочь. Ольга не в счёт. Из-за моей несдержанности она сейчас была слаба и дезориентирована.
Самое паршивое, что я прекрасно знал, чем в нас запустили. Разработали же наши учёные дрянь… А я уже второй раз вкушаю её результаты.
Ну ничего. В эту игру могут играть двое. У вас пустотная граната, так, кажется, эту херь обозвали в Министерстве обороны, а у меня цельный набор благословлений Рассвета. Посмотрим кто кого и за что подёргает!
Накрыв усадьбу делла Ровере Радужным щитом в качестве защитного купола, я прикинул, что какое-то время он должен будет действовать похожим с гранатой образом.
Если мне магией крови нежелательно пока пользоваться, то это не значит, что я их голыми когтями не покрошу!
Оборот прошёл легко, даже разум отреагировал на смену ипостаси отрезвлением и прояснением.
«Гемос, ты как? Хочешь поучаствовать в веселье?»
«Спрашиваешь⁈ — с энтузиазмом отреагировал мой симбионт.
«Тогда я сейчас приголублю от души их благословениями, а затем слегка потрушу, как грушу с криками: 'Почему бананы не падают?» Следом твой выход. Найди мне самого главного, но не убивай.
«Мне бы крови для подселения», — напомнил симбионт.
«Крови к тому моменту я пущу всем. Не сомневайся».
* * *Гийом де Талейран-Перигор наблюдал сквозь иллюминатор, как отряд зачистки исправляет его просчёты методом выжженной земли.
«Если уж ошибся, то будь добр подчистить за собой дерьмо сам!» — учил его отец. Именно поэтому Гийом сейчас сидел в кресле на капитанском мостике родового дирижабля в воздушном пространстве чужой страны.
Внизу одна за другой вспухали сине-зелёными вспышками пустотные гранаты, опустошая резервы тех, кто захватил в плен его лже-племянниц. С высоты в несколько сотен метров смотрелось это красиво, вызывая дрожь удовлетворения.
