Всё это время Трай считал, что его перерождение в Михаиле Комарине — случайность, стечение обстоятельств. Но что, если всему есть причина? Что, если прошлое Комариных не менее грандиозное, чем Эсфесов? Монета всегда имеет две стороны, а Михаилу-Траю предстоит сделать свой главный выбор. Чего будет стоит безопасность родных и друзей в нескольких мирах? Какую цену назначит Вселенная?...
* * *Оставив выводок аспидов на попечении Райо, я ушёл к себе в башню через портал, чтобы отоспаться. Чувствовал я себя не просто опустошённым, а с жесточайшим энергетическим отравлением. Каждая клетка тела горела, словно пропустила через себя слишком много чужеродной магии, а голова гудела, как улей, полный разъярённых пчёл. Я едва добрался до своей кровати, прежде чем рухнуть на неё, чувствуя, как сознание начинает уплывать."
"«Я вообще удивляюсь, как ты умудрился пропустить сквозь себя такой объём чужеродной магии и не сдохнуть, — оптимистично поддержал меня ковчег рода Эсфес.
'Умеешь ты поддержать, Мать Великая Кровь свидетель! — устало пробормотал я, заваливаясь спать. Мечта о работе в тишине и спокойствии временно отошла на второй план. Сейчас мне было нужно только одно — забыться в глубоком сне, чтобы дать телу и душе время восстановиться.
Проснулся я отдохнувшим и умиротворённым. На какое-то мгновение мне даже показалось, что я вернулся в прошлое, разглядывая рассветное небо сквозь окно. На душе было радостно и светло. Ощущение от нахождения дома дарило лёгкость, которую я давно не испытывал. Я без раздумий открыл окно и забрался на подоконник. Шаг — и крылья распахнулись за спиной сами, улавливая потоки воздуха и направляя меня ввысь.
Мне салютовали кровники на постах, мне махали руками с земли люди, приветствуя своего правителя. Меня не боялись, мне радовались. Это чувство пузырилось в крови восторгом, и я не мог сдержать улыбки. Сила переполняла, потому я без раздумий поливал столицу благословениями, возвращая её жителям их любовь сторицей.
К себе я вернулся лишь спустя час, уставший и довольный. В кабинете меня встречал Райо, его глаза блестели от любопытства и лёгкой иронии.
— Не знаю, что это было, но столица нынче словно пьяная от твоих подарков, — заметил он, скрестив руки на груди.
— Сам не знаю, что на меня нашло, — честно признался я, усаживаясь в кресло.
