Автор
В Колечке с бирюзой читатель погружается в мир отчаяния и жестокости, где боль становится необъятной и запертой в стене тьмы. Сцены физического насилия и отчаянного страдания переплетаются с глубинными умственными муками, создавая атмосферу жестокого пленения, где все кажется конечным....
— А жалко мне тебя потому, что раны у тебя такие же пакостные, как ты сам и вся твоя поганая свора! Рентгена здесь, конечно, нет, но, похоже, у тебя раздроблена бедренная кость, а колено, и на глазок видно, восстановлению не подлежит. Самое лучшее, что я могу сейчас сделать, — очистить его от обломков кости, наложить тугую повязку и шину. Нужна срочная операция при общем наркозе, и, естественно, не в полевых условиях, надеюсь, тебе понятно, почему?
— Ногу можно сохранить?
— Ничего определенного сказать не могу.
— Наташа, милая, сделай что-нибудь! — Пеликанов умоляюще схватил ее за руку.
Она пожала плечами:
— Поставлю обезболивающие, вколю антибиотики, чтобы заражение не началось — и это все, что я в состоянии сделать. Остальное — в условиях стационара!
— Выходит, ты предлагаешь мне выбросить белый флаг, чтобы спасти жизнь и ногу? — вкрадчиво спросил Пеликанов, но по лихорадочному блеску в его глазах Наташа поняла, что он на грани истерики. — Не-е-т, дорогуша! — выкрикнул он пронзительно.
— Послушай, воспаление уже началось. Смотри сам. — Наташа поднесла градусник к его глазам. — Тридцать девять и пять. Ты — человек грамотный, должен понимать. Рана инфицирована, если ее не обработать по всем правилам, начнется гангрена, заражение крови…
— Ничего, до утра я продержусь! Вот-вот автобус подадут.
Парень молча поднялся на ноги и вышел. Но тотчас его место занял не менее крепкий бандит.
Наташа набрала в шприц новокаин:
— Обезболивание только местное, так что терпи, голубчик!
Рана на колене представляла собой отвратительное месиво из костей, разорванных сухожилий, мышц и сгустков крови.
Пеликанов сидел, прислонившись к стене, с закрытыми глазами, по лицу и вискам стекали обильные струйки пота, синие губы дрожали. Он изо всех сил сдерживался, чтобы не закричать от боли, и несколько раз буквально впечатал кулак в стену.
