Жизнь Сергея сделала новый крутой поворот. И опять из-за его "длинного языка" и с подачи товарища Сталина. Остается лишь стиснуть зубы и идти вперед, стараясь предотвратить перегибы новой власти, теперь уже с новыми возможностями. Но кто сказал, что будет легко?
Яков Иванович дал мне номер директора пока еще строящегося завода «Дирижаблестрой», который должен был располагаться в Долгопрудном. И уже от него я узнал, что собственно резина в дирижаблях используется по минимуму. Каркас собирают из дюралюминия, обшивая его тканью. Резина же — дефицитный продукт. Но наводку на новый завод, причем уникальный не только для СССР, но и для всего мира он мне дал. А уникален завод был тем, что на нем создавался искусственный каучук! До этого никто в мире не смог добиться создания резины не из сока Гевеи, которая произрастает лишь в южных широтах — на просторах Бразилии и Юго-восточной Азии, хотя работы в этом направлении шли давно.
Мне же было интересно, возможно ли из такого каучука создать детские батуты и насколько это сложно. Вот об этом я и собирался поговорить с Сергеем Васильевичем.
Вообще когда я знакомился с информацией по гостиницам «Северной столицы», был удивлен количеством закрытых заведений после революции. Для сравнения — до 1917 года в Ленинграде, тогда еще Санкт-Петербурге, было аж сто двадцать гостиниц! А сейчас всего ВОСЕМЬ! И еще шесть «домов ночлега», как в нынешнее время называют хостелы.
Собственно в «Приморской» мы с Андреем и остановились.
— Зябко тут, — шмыгнул носом Кондрашев, когда мы заселились. — Как бы не простыть.
— Одевайся потеплее, — пожал я плечами.
Но в целом с Андреем был согласен. После мягкой осени в Москве Ленинград встретил нас пасмурным днем с затянутым тучами небом и мелким противным дождем. Если тут такая погода часто бывает, для туризма это не очень хорошо. Спасает лишь одно — действительно уникальная архитектура города, в чем я успел убедиться, пока мы добирались от вокзала до гостиницы.
— Отдохнем с дороги? Или сразу к делу? — спросил он меня, усевшись на новенький стул.
Тут все было новым.
