Автор
В глубоких мрачных коридорах древнего аббатства, свет луны и звёзд играет танец над высеченными в камне структурами. В эти бесконечные ночи я ползу по холодному камню, проникая в чарующую тьму священного места. Вместе с ночной прохладой приходят необычайные ощущения — как будто сама ночь дышит рядом, и мое сердце бьётся от радости и тревоги одновременно....
Светловолосый мальчик лет девяти-десяти походил на ангелочка с наивным и любознательным взором. На нем – красный придворный костюм, на голове – залихватский берет с белым пером. Но моим вниманием завладела другая девочка-подросток, да так, что я остановилась. Состав из придворных, немного побуксовав, тоже замер, словно решительная рука дернула стоп-кран.
Я смотрела на девушку, она смотрела на меня. У нее были длинные рыжие волосы, спокойное и уверенное лицо. Красное платье цвет в цвет с одеждой маленького принца.
– Ваша семья, – тем временем бубнил Роджер, кажется, окончательно смирившийся с тем, что королева забыла все на свете. – Ваш отец, Генрих VIII, его шестая жена – Екатерина Парр. Ваша старшая сестра – королева Мария, скончавшаяся два месяца назад.
– Спасибо, Роджер, – негромко произнесла я. – Уж себя я помню.
Оторвала взгляд от портрета, стараясь стряхнуть наваждение. Не надо на меня так пялиться. Клянусь, я буду стараться! Сделаю все, что в моих силах, чтобы, когда мы встретимся еще раз – где-нибудь на небесах, – мне не было бы стыдно посмотреть ей в глаза.
Затем, когда мы все же добрались до часовни, я сидела на деревянной лавке в небольшом закутке, отделенном от остального помещения тонкой деревянной стенкой.
У меня появилась слабая надежда – я все же вспомнила некоторые исторические факты о том времени. Память подводила, но, кажется, настырной Марии Стюарт отрубили голову, елизаветинский флот разбил испанскую Великую армаду, а сама королева переболела оспой. Оспой! Но у меня же есть прививка… Я поморщилась. В том-то и дело, что она есть у прежней меня, а не у королевы. Здешний мир до вакцинации не дорос.
