Как человек, с детства обделенный даром творить магию, но способный ее видеть, я всегда завороженно наблюдала за любым заклинанием. Возможно, если бы я не видела всю эту красоту, то никогда бы и не решилась сбежать и стать адепткой. Ведь если не понимаешь, что теряешь, то и не сожалеешь об этом. Но я видела! Видела и каждый раз испытывала если не отчаяние, то бесконечную тоску от своей неодаренности.
А меж тем пушистые шарики магии начали разворачиваться в красивые и сложные арканы, приводя меня если не в экстаз, то в полный восторг.
Магия мягко мерцала, переливалась всеми цветами радуги, заполняя мою комнату, касаясь каждого предмета… От любования процессом меня отвлек голос Грогона. И, судя по интонации, результат заклинания ему не сильно понравился:
– А как зовут жениха? – спросил он, одним махом гася магию.
Госпожа Вонди не ответила. Она молча хмурила лоб, смотря куда-то в район ректорских туфель.
– Ну хотя бы как он выглядел, вы можете описать? – раздраженно произнес Грогон.
Ответом ему была стыдливая тишина. Я бы на месте ректора выставила Вонди без рекомендательного письма на улицу, но Грогон такие тонкости при адептах обсуждать, естественно, не стал.
– Что с моей комнатой? – требовательно спросила я, чувствуя надвигающуюся проблему.
Ректор посмотрел на меня так, что на мгновение я ощутила непреодолимое желание бросить все и вернуться домой первым же порталом. Но быстро взяла себя в руки и справилась с этим наплывом душевной слабости.
– Что с моей комнатой, лорд ректор? – повторила я.
– С-с-с-сложно сказать, – нехотя ответил мужчина. – Мне нужно больше времени и инструментов, чтобы определить наверняка.
– Но как же…
– Это все, что сейчас тебе стоит знать, – отрезал Грогон и вдруг вопросительно посмотрел на Винсента: – Ты что-то знаешь?
Парень стоял с плотно сжатыми губами и скрещенными на груди руками. Кажется, из произошедшего он понял много больше меня, потому что Руэда злился. Злился так сильно, что в глубине синих глаз я видела едва различимые всполохи магии.
Маг с таким потрясающим самоконтролем – редкость, даже от Грогона нет-нет да и пахнет силой.
– Я уверен, что знаю, – медленно проговорил парень.
– Но доказать нельзя, да? – нахмурился Грогон.
Винсент кивнул, а лорд ректор еще раз хмуро глянул на мою комнату.
– Значит, так. Вы, милочка, пока заприте все тут, чтобы никто ненароком не надышался этой отравы. И организуйте для девушки другую комнату.
