Автор
В Лос-Анджелесе прохладный зимний день: адвокат смотрит, как его клиент, Габриэль Уильямс — окружной прокурор, поднимается на скамьи обвинения. Стоя по другую сторону стола от Джо Ридела, политического консультанта, они ждут начала заседания. Кровь приливает к лицу Уильямса, он готовится принять вызов, но уже в руки адвоката легла новая ловушка......
— А человека, который схватил и увез Мелиссу, когда вы прятались в кустах, вы забывали?
— Нет, никогда. О нем я тоже вспоминала каждый день.
— Вам когда-нибудь приходилось сомневаться, что вы верно опознали того, кто похитил Мелиссу?
— Никогда.
Мэгги повернулась и многозначительно взглянула на Джессапа, который что-то чертил в блокноте. Дождалась, когда тот поднял голову, и задала последний вопрос:
— Никаких сомнений, Сара?
— Никаких.
— Спасибо, Сара, вопросов больше нет.
38
Четверг, 8 апреля, 10:35.
По окончании допроса Сары Глисон был объявлен перерыв, но Босх остался сидеть у ограждения.
— Гляди, твоя косметика потекла, — и пошел дальше не оглядываясь.
Джессап обернулся и хотел было ответить, но Ройс схватил его за руку и потащил за собой.
Босх приблизился к Саре, все еще сидевшей на свидетельском месте. Она выглядела совершенно вымотанной, и душевно, и физически.
— Сара, все вышло великолепно.
— Спасибо. Я никак не могла понять, верят мне или нет.
— Они поверили, не сомневайся.
Они подошли к столу обвинителей. Макферсон вскочила и в порыве чувств обняла свидетельницу.
— Ты достойно выступила против Джессапа и защитила сестру, можешь гордиться этим до конца жизни.
Сара закрыла лицо руками и расплакалась. Макферсон снова обняла ее, гладя по голове.
— Ничего, все в порядке. Ты долго держалась, теперь можно и расслабиться.
Босх сбегал к скамье присяжных и принес пачку бумажных салфеток.
— Для тебя все почти закончилось, посиди только в первом ряду, пока будет выступать Эдди Роман. Вечером посадим тебя в самолет.
— Хорошо, но зачем я нужна?
— Эдди будет лгать, а говорить ложь в лицо всегда труднее.
— Он никогда особо не стеснялся.
— Кроме того, присяжным будет важна твоя реакция. Не беспокойся, у нас есть кое-что в запасе, чтобы поджарить ему пятки. — Холлер повернулся к Босху: — Ты готов?
— Подашь знак…
Сара перебила:
— А можно мне не улетать сегодня? Я хочу послушать приговор, ради сестры.
— Конечно, Сара, мы будем очень рады. Оставайся сколько хочешь.
Босх ждал в коридоре, набирая одним пальцем сообщение дочери. Внезапно телефон звякнул у него в руке. Холлер прислал одно слово:
ПОРА"
"Босх убрал телефон и поспешил в комнату свидетелей. Соня Рейес скорчилась в кресле, опустив голову и обхватив плечи руками.
