Неподалеку вражеские войска расчищают путь к столице. Молодая Марджорис внезапно бросается в кабинет своей матери Королевы Вестории, чтобы сообщить о серьезной угрозе безопасности короны и страны. Но вместо жалости она находит равнодушие, что заставляет принцессу замереть в непонимании перед непроницаемым лицом монарха....
— Тс-с. Я ещё не договорил. Так вот, Рисса, злюсь я на многих и, в первую очередь, на себя самого. Потому, что до сих пор не решил эту проблему с охотой на тебя. Злюсь на всё Военное Управление, потому что они до сих пор не принесли мне головы тех, кто это всё затеял. Меня приводит в бешенство понимание того, что ни я, ни твой брат несмотря на кучу задержанных и допрошенных так и не нашли того, кто всё это начал. Я слишком люблю тебя и злюсь, что не могу дать тебе возможность чувствовать себя в безопасности, не только в стенах этого дома, но и за его пределами.
— Да. — Рисса повернула голову и поцеловала его ладонь — Я тоже люблю тебя."
"— Тебе всё ещё хочется истерить? — он погладил пальцем её нижнюю губу.
— Может быть, — она лизнула этот палец в ответ.
— Знаешь, видение твоей розовой попки и моей ладони на ней всё ещё очень меня вдохновляет, — в чёрных глазах полыхнул порочный огонь.
Она посмотрела на него расширенными глазами и, решившись, внезапно легла животом на твёрдые колени, предоставив обнажённые ягодицы в полное его распоряжение.
— Если тебе это поможет успокоиться, я готова, — она верила, что он не причинит ей вреда. А ещё… ещё ей действительно хотелось дать ему это, Рисса чувствовала его нужду. И отвечала своей потребностью получить освобождение. От вины, от тяжести на душе, от сдавливающего горло напряжения.
— Хм. Какая покорная сладкая девочка, — большая горячая ладонь скользнула по нежной коже бёдер. — Я счастлив от того, что ты настолько мне доверяешь. Обещаю, что не обману твоё доверие.
— Что понравится?
Ответом ей послужил его низкий смех. Айсар продолжал поглаживать мягкие полушария, иногда скользя пальцами между ними. Другая его рука опустилась ей на затылок и слегка потянула за густые волосы.
— Всё, любимая, всё.
Он скользнул ладонью на внутреннюю сторону её бёдер и заставил раздвинуть ноги, а затем провёл пальцами вверх, пока не коснулся уже влажного горячего местечка. Раздвинул нежные складочки и обвёл жаждущий ласки клитор, вызвав у неё судорожный вздох.
