Боец спецназа и дочка судьи. Парень в камуфляже и она – шикарная девочка, вслед которой сворачивают головы мужчины… Что их может связывать?Страсть? Чувство долга? Стокгольмский синдром «наоборот»? Или нечто более сильное?
Лиза поспешно отстегнула ремень безопасности и умудрилась выскочить из машины вперед Евгения, который, яростно сжимая кулаки, готовился ворваться в отчий дом.
– Стоять! – прорычала сестра, выставляя обе ладони вперед.
– Уйди, Лиз…
– Нет!
– Я его убью…
Тихонов хотел обойти ее, но не тут-то было. Сестра уперлась руками ему в грудь, останавливая всеми доступными способами.
– Да погоди ты!
Что-то в голосе Лизы насторожило Евгения. Неприятно царапнуло. Он, привыкший доверять интуиции, которая не раз спасала его, притормозил, хотя ярость и неверие продолжали бушевать внутри, разрывая его на мелкие части.
– Гожу. – Евгений не скрывал давления, что сочилось в голосе. Где-то послышался шум. Кто-то хлопнул дверью… крикнул…
Лиза побледнела и как-то замялась.
Пиздец.
Евгений горько усмехнулся.
– Ты в курсе, да? – Но тому, как забегали глаза сестры и по щекам пошли красные пятна, он попал в десятку. В яблочко, черт побери.
– Жень…
– Что Жень? – недобро рыкнул он, все же отодвигая сестру в сторону.
Вовремя.
На улице показалась высокая фигура мужчины за пятьдесят. В гражданском.
Он же его привык видеть в форме… Да и как привык. Иногда попадались фото в новостной ленте…
А так… Грудь не просто взорвалась, в нее вдолбили. И щедро.
Генерал Тихонов выждал паузу. Не направился сразу к нему навстречу, дал осознать происходящее. Он, сука, и осознал! Только что толку?
Поэтому мать и последнее время перед выходными звонила и уточняла, приедет ли Женя к ней… Мало ли.
С этим…
Тихонов-старший нахмурился и сдержанно кивнул, здороваясь.
– Матери – ни слова, – предупредил он, слегка прищуриваясь, когда они поравнялись. – Если хочешь поговорить – все вопросы ко мне. А так… Саша – моя женщина. Ясно выражаюсь?
– Куда уж яснее. Сначала на карьеру променял, а сейчас мать – твоя?..
– Женя…
Их последняя стычка случилась после того, как Евгению доставили дарственную на квартиру.
Сама Александра Анатольевна так не считала. Она до конца и не рассказала детям подробностей, почему они с отцом разошлись. Глаза отводила, ничего не объясняла. Ушел, это главное.
Уже потом Евгений узнал, что на отца глаз положила дочка одного потомственного военного. И дальше истории расходились.
