В замке. Только моя служанка стояла с вещами в ожидании приказа. Реджинальд взял мою руку и прижал к своей груди - жар дракона проникал сквозь шелковую рубашку, что так не хотела отпускать меня. Я кивнула мужу — нам нужно доказать невиновность моего отца, единственный шанс на спасение....
— Гадина! Ты все просчитала!
Ее сумасшедший смех разнесся по долине.
— На меня смеет тявкать эта шелудивая шавка! — веселилась она, глядя в мою сторону.
Я колотила руками по воздуху, потому что сильные руки не дали мне расцарапать лицо Зизи. Словно стальные тиски сдавливали грудь.
Реджинальд не дал мне напасть на избранную императрицу.
Слезы бессилия текли из моих глаз.
Мы знали, кто убил Равену, но ничего не могли с этим поделать. А проклятие все больше и больше завладевало моим мужем.
— Реджинальд прав, — тихо сказал Дариен.
Черный едкий дым заволок весь сад.
Огромный черный дракон с чешуей, отливающей серебром, занял почти все свободное пространство.
Все, кто был рядом, бросились врассыпную.
Реджинальд затолкал меня за огромный валун и накрыл собой.
— Что бы ни случилось — не высовывайся, — приказал он.
Укрытая телом мужа, я видела только хвост и спину величественного дракона. Онугрожающе расправил крылья и рыкнул так, что в особняке выбило стекла.
— Ты сделал свой выбор! — взвизгнула императрица. — Будь же ты проклят, Дариен!
Пусть ни одна женщина этого мира не полюбит тебя и не сможет родить тебе ребенка!
Последние слова Зилезаны потонули в реве огненной струи и рыке дракона, наполненном болью.
9.
Я не знала, сколько прошло времени: пара минут или целая вечность.
Оглушающий рев сменился звенящей тишиной. Даже птицы не решались чирикать в такой момент:
Уничтожающий все вокруг смертоносный жар сменился ледяной стужей.
В какой-то момент я поняла, что если не выберусь, то рискую и вовсе задохнуться.
Я скреблась и брыкалась, намекая мужу, что пора бы меня освободить из спасительного плена. Но он не приходил в сознание. Если бы не биение сердца, которое я ощущала всем своим телом, то я бы могла предположить худшее.
Наконец, я услышала тяжелые шаги, будто кто-то с трудом передвигался.
— Помогите! - позвала я закашлявшись. — Мне тяжело дышать.
Шаги замерли. Потом приблизились к нам с Реджинальдом. Я смогла увидеть лишь сапоги на невысоком каблуке. Дорогие, но не настолько щегольские, как у Императора.
Неужели Пит вернулся?
— Пожалуйста, помогите! — я с трудом высунула ладонь, чтобы обозначить себя.
Послышалось кряхтение. Давление тела Реджинальда ослабло.
