Автор
Я просила шанса у мужчины, для которого была лишь местью. Шанса на счастье, которое обернулось для меня преисподней. Могу ли я верить тому, кто уже однажды меня убил, стоя над пропастью и любя монстра… #Криминал #Жестокость #Боль #От ненависти до любви
— Ася, я могу понять, почему ты это делаешь, но все же, ты уверена в своем желании? А как же Тимур?
— Я хочу уберечь детей…
— Я спрашиваю один раз. Если ответишь “да”, назад пути не будет.
— Да, сто раз да!
Выпаливаю чувствуя, как дрожит голос. Так надо, так правильно, так просто необходимо! Виктор поджимает губы, но все же коротко кивает.
— Хорошо. Сейчас садишься в машину с детьми, после за поворотом быстро переседаете в другую. Водитель будет в курсе. Уезжайте сразу и будешь сидеть, как мышь, вообще не высовываться.
— Зачем это?
— Все должно выглядеть по-настоящему. Так надо. Давай же!
Отдаю Виктору кольцо, как от сердца отрываю. Это же Бес мне дал сам, я бы в жизни его не выкинула, не сняла.
— Спасибо…Спасибо, Виктор!
— Давай, иди уже!
Я быстро сажусь в машину и прижимаю к себе маленькую Амели, крепко хватаю за руку Эмира. Времени думать нет, времени на ошибку тоже нет, совсем.
Авто срывается с места и сзади через стекло я вижу черные подъезжающие машины, из которых начинают выходить вооруженные до зубов люди.
Вот что значит любить и ненавидеть одновременно. С такой силой, что убивает тебя каждую секунду.
Прижав детей к себе, я ору что есть сил водителю:
— Быстрее! Уезжайте быстрее!
Водитель набирает скорость, за поворотом мы быстро пересаживаемся, а после я слышу взрыв. Оглушительный, громкий, такой сильный, от чего Амели начинает плакать, испуганно обхватив меня руками, а Эмир затихает, оглядываясь назад.
Я же до крови закусываю губы, глотая слезы. Я знаю, что это за машина взорвалась. Та, в которой Тимур думает, мы ехали с детьми.
***
Следом за оглушительным взрывом машины я слышу звуки выстрелов, и вот тогда мне становится просто до дикости страшно. За него.
— Стойте! Дайте нам выйти! Остановите машину!
— Нельзя. Сидите тихо.
Как я не стараюсь попросить водителя остановиться, он едет дальше, увозя меня от зверя, отрывая от него на живую и без наркоза.
Виктор. Он приказал нас довезти в сохранности и мои истерики уже никого не тревожат.
Я же вся дрожу. Тимур. На нем не было бронежилета. Он умеет обращаться с оружием, но тех людей…Боже их было так много!
Сильная. Я должна быть сильной ради детей, повторяю себе как мантру, как молитву, и не верю в нее.
