— Я и не знал, что в этом озере водится такая крупная рыба!
— Сперва поймай, потом будешь хвастаться!
Конечно, он меня поймал…
Утром Ригер ушел на пару часов.
— Я посмотрю, что нам приготовил лес на ужин. Может птицу принесу или грибов. Хочешь прогуляться со мной?
— Неа… Я буду валяться и бездельничать! А потом пойду загорать!
— Если я задержусь — не волнуйся. Тут, слева от дома, совсем рядом, есть хороший ягодник, пока, конечно, еще рано, но на солнечной стороне уже некоторые ягоды можно брать.
Он чмокнул меня в нос и ушел, а я осталась жмурится от удовольствия в огромной мягкой постели. Но уснуть больше так и не получилось. Прихватив с собой небольшой коврик, я устроилась на крыльце с чашкой холодного чая — при доме был отличный сухой погреб. Сидела, вытянув ноги, щурилась на отблески испаряющейся росы, любовалась легкой исчезающей над водой дымкой и ни о чем не думала…
Здесь и сейчас я приняла этот мир всей душой и всем сердцем…
Он еще так молод, он подвержен всем болезням роста — рабство, жестокость, пираты, войны…
Но он так прекрасен именно по тому, что он — человечен.
Кроме этой накипи цивилизации в этом мире есть Дик, который ушел и есть маленький Дик, который никогда больше не будет бездомным. Есть замечательная Тагина и строгая Ранда, есть пожилая Пайпа и ее малышка-внучка, есть странный Гомиро тер Ванг и беспечный Риш, скромная Нита и молчаливый Гайт, муж Ранды… В этом мире есть Ригер, человек, который не предаст… Этот мир — мой!
Пятнадцать дней каникул пролетели как вспугнутая птица.
Пора было возвращаться к делам и заботам, к макаронам и ремонту…
В путь мы вышли после плотного завтрака. С вечера прибрали дом, утром я простирнула постельное, прокипятила и развесила на натянутую Ригером веревку возле дровника, под навесом. Мы обязательно вернемся сюда, пусть оно будет чистое и сухое. От кордона мы отошли не так и далеко, когда я услышала плачь:
— Я-а-а-о-а…
— Слышишь?! Это ребенок!
— Подожди, Калина.
Думаю, тебе показалось…
— Послушай…
Мы ждали и ждали, но плача больше не было…
Я уже и сама начала думать, что приняла за детский голос какую-нибудь птицу, которые свиристели по всему лесу на разные голоса. Но вот опять:
— Я-а-а-о-а…
— Это там! — четко уловил направление Ригер…
Глава 61
«Там» оказалось волчьей ямой буквально в двадцати метрах от нашего пути."
"Волчица мертва была уже несколько дней — она упала на колья.
