Вот я между делами и решил восстановить кое-какие старые знакомства.
— Это ты принес цветы? О боже, они великолепны!
Памела мысленно чертыхнулась. Почему Сьюзи сунула сюда свой любопытный носик как раз в тот момент, когда она почти избавилась от непрошеного гостя? Сьюзи была на четыре года младше сестры и во время тех роковых событий была еще зеленым, ничего не смыслящим подростком. Их родители тогда гостили у родственников в Австралии, а Сьюзи училась во Франции по обмену между школами. Их старший брат Джеффри взял тогда всю ответственность на себя.
Он настоял на том, чтобы сохранить в тайне все печальные подробности происшедшего, и раздавленная горем Памела была только рада этому.
Но теперь, видя, какой разрушительный эффект произвела эта высоковольтная улыбка на впечатлительную душу ее младшей сестренки, Памела пожалела, что Сьюзи так плохо знала этого человека.
— Эти цветы просто…
— Даниэлу пора идти, , — перебила лепет сестры Памела. — Он спешит на важную встречу.
— Как жаль… — огорчилась Сьюзи.
— А я как раз собиралась заварить чай и пригласить Даниэла на чашку чая.
— Не откажусь, — бодро ответил он, сделав вид, что не заметил гневного взгляда, который метнула на него Памела. — Не волнуйся, Памела, я перенесу эту встречу на завтра.
Памела крепко сжала губы.
— Вот и прекрасно! Значит, чайная церемония все-таки состоится! Что ж, тогда я побежала ставить чайник! — Сьюзи всплеснула руками и направилась к двери на кухню.
Но Памела преградила ей путь."
"— Может, лучше я это сделаю? — дрожащим голосом спросила она.
— А заодно и поставлю цветы в вазу.
Или, скорее, отправлю их прямиком в мусорное ведро, добавила она про себя, но тут же пожалела об этом, представив себе пышную красоту букета посреди картофельной кожуры, оберток и объедков.
Цветы не виноваты в том, что их принес Даниэл Грант.
— Нет, позволь мне заняться этим, — запротестовала Сьюзи, выхватывая букет из ее рук. — У вас с Даниэлом наверняка есть, о чем поболтать. Насколько я помню, вы когда-то были дружны.
— Я бы это так не назвала, — пробурчала Памела, глядя вслед исчезнувшей за кухонной дверью Сьюзи. — Ну что, может, войдешь? — добавила она сквозь стиснутые зубы.
— Трудно отказаться от такого любезного приглашения, — с ехидной усмешкой ответил он.
Его улыбка и лицо были холодными и недобрыми.
— Представляешь, — продолжал он тем же холодным тоном, когда они вошли в гостиную. — Сегодня я впервые ступил на священную территорию особняка семейства Джордан.
