Зотова!
Вылезаю, смотря на капот, «украшенный» разнообразной бумагой из хлопушек.
— Ненормальная?
— Жень, улыбнись, — смеется, — поздравляем с приобретением, — хлопает еще одну и заливисто ржет.
— Я тут чуть раньше времени гроб себе не заказала. Предупреждать надо о таких сюрпризах.
— Да ладно тебе, — закидывает руку на мое плечо, — пошли кофейку выпьем. Расслабишься хоть. А то совсем плохо выглядишь.
— Спасибо, Дарин, — закатываю глаза, ставя машину на сигналку.
Мы заходим в еще почти пустой ресторан. Я всегда приезжаю заранее.
Даже сегодня договорилась забрать машину в шесть утра, чтобы успеть до открытия сюда.
— Ты ради этого сегодня даже не опоздала? — усмехаюсь.
Зотова кивает.
— Надо мне почаще машины покупать…
— Хорошая идея. Ладно, пошла работать.
— Иди…
Дариша уходит, а я бегло осматриваю зал. Стоит подумать о новых шторах. У нас очень уютно. Когда я первый раз сюда попала, то влюбилась в интерьер прованса. Настоящее французское чудо. Много дерева, света, лаванды.
Поставив мысленно галочку о замене штор, прохожу в персоналку.
Официанты все уже на месте. Это радует. Не люблю, когда опаздывают. Могу даже уволить.
В кабинете раскладываю на столе очередную кучу бумаг, теперь они еще и из других Ромкиных ресторанов. Выдохнув перед боем с отчетностью, окунаюсь в него с головой.
Обедаю тоже в кабинете, точнее, съедаю пирожное, запивая английским чаем.
Часов в пять звонит Ленка. Честно, очень неожиданно. Мы с ней последний раз полгода назад виделись, у нее на свадьбе.
Ленка жила в одном со мной дворе.
Наши родители всегда общались, собирались на все праздники, поэтому, наверное, мы и дружили. Потому что, как оказалось, вся эта дружба была фикцией. Милые улыбки лишь до той поры, пока не настала череда моих страшных дней. Впрочем, тогда мне было плевать, а вот потом… когда я пыталась вновь приспособиться к жизни, учиться, оказалась вовсе не нужна. Потому что не соответствую привилегированному обществу.
Отвечать на звонок мне не хотелось, я и на свадьбу-то к ней лишь ради приличия ходила, мама попросила.
Нас же всей семьей пригласили в кои-то веки, не забыв, что я тоже ее часть.
Хотя ее муж, если я не ошибаюсь, на тот момент был подполковником. В подробности его работы я не вдавалась, как-то было не до того. А вот сейчас, возможно, он бы мог быть полезен.
Скрипя зубами, отвечаю на звонок.
— Женечка! Привет, узнала?
— Узнала, Кошелева, узнала…
— Я уже давно Симонова, Жень, — с обидой в голосе.
— Прости, привычка.
