Женщина остается одна с ребенком, зачатым от человека, который исчез из её жизни. Между любовью и отчаянием, надеждой и предательством — хрупкое равновесие, которое может рухнуть в любой момент. История о выживании, материнской силе и поиске смысла на краю пропасти.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Наше шаткое равновесие» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Женщина остается одна с ребенком, зачатым от человека, который исчез из её жизни. Между любовью и отчаянием, надеждой и предательством — хрупкое равновесие, которое может рухнуть в любой момент. История о выживании, материнской силе и поиске смысла на краю пропасти.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Женщина остается одна с ребенком, зачатым от человека, который исчез из её жизни. Между любовью и отчаянием, надеждой и предательством — хрупкое равновесие, которое может рухнуть в любой момент. История о выживании, материнской силе и поиске смысла на краю пропасти.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
"Мария Высоцкая
Наше шаткое равновесие
Глава 1
Женя— Лунга наша приехала, — орет Дариша, — Женька, какая ты загореленькая.
— Сама ты Лунга, — смеюсь, сгребая ее в охапку, — как я по вам всем соскучилась, — воодушевленно оглядываю зал.
Пальцы пробегают по полированной барной стойке, огромной стеклянной вазе с апельсинами, вдыхаю такой родной и любимый запах нашего уютненького ресторанчика. Наш маленький рай, наша гордость, наш «Зефир». Вкусный, воздушный, приготовленный с любовью.
— Роман Денисович, — улыбаюсь, — как Ваши дела?
Рома кивает официанту и с широкой улыбкой на лице двигается в нашу сторону. У него, как и всегда, гладко выбритое лицо, модная укладка с переизбытком геля на черных волосах, на глазах очки. И носит он их не потому, что зрение плохое, нет, ему так стилист посоветовал. Личный имиджмейкер. Рома давно уже не мелкий бизнесмен, у него несколько ресторанов по городу, но в душе он до сих пор мальчишка с душой нараспашку. Мне иногда за него даже страшно. И вот как такой человек может быть дельцом? Не понимаю. В кругу моей семьи часто приходилось сталкиваться со всевозможными богами мира сего, и все они, как под копирку, строили из себя напыщенных индюков. Хватких, кровожадных.
А вот Рома… Рома из другого теста. Мне иногда кажется, что не он владелец этого ресторана, а я. По крайней мере, если бы не мой характер и железная дисциплина, установленная мной внутри этих стен, все уже давно бы развалилось.
— Лунга, приехала наконец-таки, лягушка-путешественница.
— Приехала-приехала.
— Когда на работу выйдешь?
— Ну вот, как всегда, с корабля и сразу на бал…
— На баррикады, — подтрунивает Зотова.
— Дарина, уволю, — уже Рома.
— Не уволишь. Кто твоим гостям десерты «пальчики оближешь» готовить будет? Сам, что ли?
— Язык у тебя, Зотова, оторви и выбрось.
Пока Дари и Рома пререкаются, осматриваю зал, замечая тысячу минусов, возникших в мое отсутствие. Торшер в дальнем углу у столика за ширмой не работает, официанты в неглаженых фартуках, как у себя дома, расхаживают, на баре полный бедлам творится… всех уволю. Но сначала выпорю хорошенько.
— Ром, что за бардак у тебя творится?
Мохов непонимающе оглядывает зал, хмурится, а потом поворачивается ко мне.
— Какой бардак, Жень?
— Рома, меня всего десять дней не было, а здесь… ужас. Помоги чемодан в кабинет занести.
— Значит, на бал уже сегодня?
— Сейчас. Дарин, иди на кухню уже, нечего кондитеру в зале делать.
— Слушаюсь и повинуюсь, товарищ Лунга.
— Иди ты.
— Жень, ты помнишь, что права свои так и не обмыла перед улетом?
— Помню…
— Сегодня хороший день, — смеется, крутя в руках апельсин.
— Хорошо. Я сейчас с делами разберусь, и вечером посидим. Мама с Полей все равно через неделю вернутся.
— Договорились. Я Вилке скажу…
— Хорошо.
