Ян смотрит на меня, лицо его бледное и решительное в этом темном зале. Вокруг хмурятся неопрятные лица друзей Азарина, их шутки и музыка лишь подчеркивают мою одиночество. Кажется, я один из последних, кто еще может понять суть этих сводных вечеринок — где смех вместо мудрых размышлений, а любовь уступает место жестокому веселью....
"Мария Высоцкая
Его нельзя любить. Сводные
Глава 1
Ян
— Ты куда свалил? — перекрикиваю музыку и смех пьяной девицы, которую я прихватил с собой из дома Королева.
Минут десять назад понял, что Азарин разосрался со своей малявкой и кинул меня в кругу своих тухлых друзей. Эти ребята понятия не имеют, что такое настоящее веселье.
— Отвали, Гирш.
— Э! — ржу, отталкивая руку девчонки, которая тянется к моему лицу. — Ртом лучше поработай, — расстегиваю ширинку и давлю ладонью ей на затылок.
Выжимаю газ на полную. Я не ошибся, рот у нее работает гораздо активнее мозга.
— Развлечься хочешь, эмоциональный труп? Идея одна есть, — возвращаюсь к Тимохе.
— Какая?
— Как в старые добрые, Азарин. Тебе надо остыть, а папочка знает, как выпустить пар.
Азарин медлит. Тупит он сегодня не по-детски. Его Ариша, передергивает от одного только имени, кому угодно череп вскроет своими вечными нотациями.
— Я на Воробьевых, — сдается мой унылый друг.
— Полчаса, и я там.
Отключаюсь. Лечу в левой полосе, иногда цепляя колесами встречку.
Притормаживаю на перекрестке, в аккурат на красный.
Пальцы сжимают руль. Откидываю башку на подголовник, прикрывая глаза.
Кончаю своей новой знакомой в рот, намеренно удерживая ее пустую голову, чтобы не соскочила.
— Глотай давай.
Девочка слушается. Когда выпрямляется, облизывает свои перекачанные пельмени и поправляет волосы.
— На троечку сойдет, — беру телефон, — номер свой диктуй.
Она тараторит, не уточняя деталей. Уверен, что где-то глубоко, там, где еще присутствуют остатки мозга, она уже спланировала нашу свадьбу.
Захожу в приложение банка. Проверяю номер. Привязан. Перекидываю пятерку деревянных и тянусь к ручке пассажирской двери. Открываю.
— Дальше нам не по пути.
— Что? — ее пухлые губы приоткрываются.
Она напоминает мне сома. Медленная, губастая рыба.
— Выметайся, говорю. Давай, шевели ляжками.
Блондинка хлопает ресницами.
— Я долго ждать буду?
Судя по тому, как меняется ее выражение лица, — дошло.
Блонди выскакивает из тачки и от души хлопает дверью. Посылает меня так далеко, вероятно не зная, что я туда уже сходил не один раз за свою жизнь.
Когда машина срывается с места, показывает фак. Пальцы бы ей в задницу засунул, но не сегодня. Спешу.
Газ в пол, и вот минут через пятнадцать я уже на Воробьевых.
Тачку Азарина вижу сразу.
