Автор
— Далеко собралась, красивая? — цепкие восточные глаза шейха скользят по моему ошарашенному лицу. — Отпусти меня! Ты не имеешь на меня никаких прав! Ты мне не муж! — шепчу едва слышно, отступая. Аяз же раздвигает чувственные губы в опасной ухмылке, дает понять, что бежать мне некуда, когда оглушает словами: — Ошибаешься, Мелина, ты принадлежишь мне, ведь ребенок, которого носишь — мой… 16+...
Я смотрю на него во все глаза и… узнаю этого мужчину…
Таких, как шейх Аяз бен Назир аль Макадум, даже увидев на фотографии, не забудешь…
И теперь я понимаю, что фото, на котором его видела, не передает и десятой части мужской харизмы, брутальной мощи, которая буквально фонит от мощной высоченной фигуры мужчины, закованной в белоснежную кандуру, поверх которой накинут бишт, что говорит о том, что передо мной шейх из правящих, потому что только им позволен этот атрибут одежды, голову покрывает гутра…
Все как в замедленной сьемке происходит.
Но неловкость от этой ситуации испытываю только я, а шейх медленно скользит по мне взглядом, беззастенчиво разглядывает, пока я хочу сжаться до микроскопической точки и просто исчезнуть.
Он похож на сытого льва в саванне, который лениво рассматривает лань, свою будущую жертву.
Сглатываю гулко, как под гипнозом, примерзая к полу под этими цепкими темно- карими глазами…
— Оставьте нас, — короткий приказ в сторону, даже не глядя на врача, и дверь бесшумно закрывается за буквально испарившейся из помещения женщиной.
Я же стою ни жива ни мертва под прицелом таких ярких и опасных глаз…
— Опусти абайю, невеста… — выдает с нажимом, акцентируя последнее слово.
Ощущение появляется, что мужчина узнал о подмене, что сейчас он покарает меня за то, что хотела ввести в заблуждение самого шейха…
Мне так страшно становится, что в уголках глаз слезы собираются, готовые сорваться с ресниц.
Трясти меня начинает так сильно, что, кажется, скоро зубы стучать начнут.
Видимо, оценив мое состояние, мужчина делает один шаг в мою сторону, оказывается настолько близко, что я аромат его терпкого парфюма ощущать начинаю, а также его острый самцовый запах с примесью масел… Запах настолько будоражащий, что я, сама того не понимая, втягиваю воздух глубже, наполняя легкие этим ароматом…
Взглядом упираюсь ему куда-то в область широкой шеи, на которой вижу крупный кадык.
