— Позёр, — добродушно усмехнулся ПЕВГ, наблюдая за тем, как его брат опустился с небес на землю.
Максим гордо и величественно подошёл к…
Максиму Белозерову!
Который вместе со своей женой, главой рода Игнатовых и двумя его жёнами, терпеливо ожидал царевича в Маске.
— Из-за врагов, моих личных и врагов Империи всё это время я вынужден был скрываться, — проговорил Царевич Максим.
На сей раз ему не нужно было обращаться к многотысячной толпе, и потому голос его звучал не столь громко.
— Но я счастлив оттого, что у меня есть люди, на которых я могу положиться, — твёрдо продолжил царевич.
— Я благодарен вам за то, что вы поддерживаете меня. Надеюсь, будете поддерживать и впредь.
— Конечно будем, Ваше Высочество, — проговорил граф Игнатов-старший и поклонился. Те, кто был рядом с ним, и все люди на заднем фоне тоже поклонились Царевичу."
"— Благодарю. Что ж, мы с вами закрыли Апокалипсис. Исцелили раненых. Город спасён. Почти… В этом городе завелись нечистые на руку аристократы. Те, кто используют власть и положение, угождая своим эгоистичным прихотям.
Те, кто во время этой катастрофы не помогал городу и горожанам, а пытался воспользоваться ситуацией, чтобы уничтожить своих врагов. Я говорю о родах Касимовских, Гуджинских и всех родах, поддержавших их. Властью, данной мне по праву рождения, в условиях чрезвычайной ситуации я смещаю княжича Измаила Касимовского с поста Исполняющего Обязанности главы Новосибирской губернии. Более того, за халатность во время чрезвычайной ситуации и преувеличение полномочий в сугубо личных целях я объявляю, что княжич Измаил Касимовский, ровно как и все, кто его поддерживал, подлежат аресту.
Немедленно. Такова моя Воля! Воля царевича Максима Всероссийского! Того, кто не остался в стороне во время катастрофы. Того, кто готов взять на себя ответственность за жизни жителей Новосибирска, губернии… И всей Империи!
На этом трансляция прекратилась.
ПЕВГ в очередной раз задумчиво посмотрел на тёмное небо. Вечерело. И, судя по облакам, надвигается буря.
Глава 24
В каком-то баре на окраине прекрасного города Петербурга.
— Скучно!!! — воскликнул высокий худощавый мужчина с выбритыми висками. Его причёска называлась «могавк» — волосы оставили аккурат по центру головы от позвоночника до лба.
Допив пиво, он швырнул пустую кружку в толстого громилу-завсегдатая бара. Толстяк испуганно сжался, прикрыв лицо руками, и поспешил свалить.
— Суки трусливые! — рявкнул мужчина с могавком, оглядываясь по сторонам.
