Несмотря на мои двадцать два года, он все еще видит во мне жалкую сестренку своего лучшего друга, которая пускала слюни по нему большую часть своей жизни.
Все в нем должно заставлять меня бежать от него, но каждый раз, когда этот темный, порочный взгляд падает на меня, у меня слабеют колени. Ни один его поступок не заставил бы меня бежать в противоположном направлении, даже то, что два Рождества назад он трахал какую-то случайную женщину. Я просто продолжаю надеяться, что однажды что-то изменится.
Как я уже сказала — жалкая.
Я бы все отдала, чтобы он думал обо мне так же, как я думаю о нем. Но, просидев двенадцать лет на обочине, я поняла, что этого никогда не случится.
Быть для Айзека Бэнкса всем миром — всего лишь глупая, несбыточная мечта, которую мне нужно поскорее сжечь, желательно не оставив никаких шрамов.
Десять минут спустя я стою в своей тесной ванной, мое чисто выбритое тело завернуто в полотенце, и я яростно пытаюсь высушить волосы, но в этом и заключается проблема густых волос — чтобы их укротить, нужна целая чертова деревня.
— Зацени, — говорит Бекс, стоя в дверном проеме, покачивая моей черной кожаной мини-юбкой и сапогами до бедер с треугольным топом из блесток, намотанным на палец.
Я изумленно смотрю на этот наряд.
Это отличный наряд. Но этот топ с блестками едва прикрывает мои сиськи. Я уже говорила, что он без спинки? У него две крошечные бретельки, которые удерживают его сзади: одна завязывается на шее, другая — на ребрах. Что касается поддержки сисек… ее просто нет!
Беки купила его мне в шутку в прошлом году, и теперь я думаю, что это шутка надо мной.
Я морщусь, глядя на ее предложение, но, судя по ее глазам, мне лучше не спорить с ней в этом вопросе. Я хватаю юбку и блестящий топ, прежде чем замечаю крошечные черные стринги в ее другой руке. Отлично. Похоже, сегодня мы оторвемся по полной. Пора сменить бабушкины панталоны.
Пройдя в гостиную, я одеваюсь там, поскольку ванная комната слишком мала для двоих. Родители хотели купить мне что-то побольше, что-то грандиозное, что будет переписано на мое имя после окончания колледжа в качестве поздравления, но я отказалась.
Опыт учебы в колледже, к которому я стремилась, не предполагал жизни в шикарном доме, за который платили бы родители, даже если это означало, что мне придется уязвить их самолюбие. Но это не помешало им раскошелиться на невероятную машину на мой двадцать первый день рождения — прекрасный белый «Corvette». Я чуть не умерла, когда поняла, что они мне подарили.
