Автор
В Османе прячется слабость, которая может разрушить великий имперский дом. В каждой главе мы погружаемся в его секреты и мечты, оставаясь на шаг впереди заговоров и узурпаций. Здесь атмосфера плотная и напряженная, где каждое слово имеет значение, и каждый выбор оказывает влияние на хрупкую равновесную структуру империи....
Похоже, «Осман. Его маленькая слабость (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
"
"— Почему все так не справедливо? — задаю себе вопрос вслух, стоя в парке напротив школы и баюкая Каришку в коляске.
А у самой глаза на мокром месте.
Господи, какая же я несчастная! Совсем сил нет! Не могу! Все так навалилось за эти два дня — и ситуация с Османом, и шантаж этих уродов, и Васькины проблемы, вот меня и прорвало сейчас…
И ведь надо брать себя в руки, а я…
Мне так обидно! Так одиноко, так тяжело, я ведь понимаю, что помощи нам ждать неоткуда…
— Эй, чего сырость развели? Огнева, ты что ли?
Сначала знакомый голос на короткое мгновение приводит меня в чувство, а потом и сама Мила Захаровна вырастает передо мной, точно гриб из-под земли.
Она спрашивает что-то еще, но я…
Реагирую на все ее слова одинаково — захожусь плачем, моментально превращаясь в унылую дождливую тучу.
— Звезда моя, и не стыдно тебе? Белугой рёвешь, даже дочурка у тебя так себя не ведёт.
Ничего не могу сказать — только всхлипываю и икаю одновременно.
Сейчас Багрянцева подумает, что я совсем кукухой тронулась в своем декрете, и отменит все занятия с сыном к чертовой бабушке.
— Так, тяжелый случай, все понятно. Ну-ка отставить слезы-сопли! Ишь чего надумала тут, жалко себя ей стало. Жалко у пчелки, а у тебя — вся жизнь впереди и дочь маленькая. Будешь так из-за каждой проблемы убиваться, долго не протянешь. На вот, — Мила Захаровна протягивает мне белоснежный платочек, — успокойся и выкладывай, давай, что случилось?
Ну я и рассказываю ей все. Почти все.
Багрянцева негодующе сжимает челюсть, когда я дохожу до проблем с Васькиной учебой.
— Краса моя, значит сделаем так. — Ее деловым тоном невозможно не восхищаться. — Берешь свою Василису и приводишь ко мне, а про эту шарагу, — тычет в сторону Васиной школы, — забываешь, как про страшный сон.
Звучит как песня, и мне очень хочется последовать ее совету, но я не могу.
Багрянцева работает в элитной частной школе, даже представить боюсь, сколько там стоит год обучения. У меня сейчас даже запаса нет — все пришлось отдать в уплату долга отца…
— Я… спасибо вам большое… Мила Захаровна, правда, спасибо. Не получится у нас.
Кажется, мой ответ искренне ее удивляет.
— Это еще почему? Уровень образования у нас получше будет, насчет перевода из школы в школу не переживай, я все улажу.
