Эдион должен быть казнен в течение трех дней, во время празднеств по случаю дня рождения принца, в качестве основного развлечения. Ловушка, не правда ли? Я был бы более внимательным, если бы планировал это, но ты не можешь обвинять короля Вендалина за отправку такого громкого сообщения.
Эдион… Безумные мысли затуманили ее рассудок, но она поняла, что Аробинн больше не расскажет ей о нем без чертовски веской причины.
- Почему вы предупредили меня? – спросила она. Эдион был захвачен королем. Эдион был обречен на виселицу, как ловушка для нее.
Все ее планы пошли на смарку.
Нет — она все еще не рассталась с теми планами, ей все равно придется их выполнить. Но Эдион... Эдион начал все сначала. Даже если он возненавидит ее, даже если он плюнет ей в лицо и назовет ее предательницей, шлюхой и лживой убийцей. Даже если он возмутится, что она сделала и кем стала, она спасет его.
- Дам тебе совет, - Аробинн уже поднимался со скамейки. - В знак доброй воли.
Она бы поспорила бы, что такое возможно, но к скамье ее привязывало тепло капитана, сидевшего тут перед ней.
Но Аэлина выскользнула из ниши. Она знала, что шпионы Аробинна следят за ней. Они видели, как она приехала, подождала в баре, а затем направилась в нишу. Знал ли об этом ее бывший хозяин.
Аробинн только улыбнулся ей. И когда он протянул руку, она позволила ему коснутся ее щеки. Мозоли на пальцах доказывали, насколько часто он тренировался.
- Я не ожидаю, что ты доверяешь мне. И не жду, что ты меня любишь.
Только однажды, в те дни ада и горя, Аробинн когда-то сказал, что он любит ее в любом случае.
Она была готова уехать с Сэмом, и он пришел к ней в квартиру, умоляя ее остаться, утверждая, что он был зол на нее за уход, и, что все, что он натворил, было сделано, чтобы она осталась. Она никогда не знала в каком смысле он имел в виду эти слова — Я люблю тебя — но она была склонна считать их очередной ложью, особенно, после того, как Рюк Фарран схватил ее причинив столько боли, и из-за кого она гнила в том подземелье.
Глаза Аробинна смягчились.
- Я скучал по тебе.
Она теперь вне его досягаемости.
- Смешно, я была в Рафтхоле этой осенью и зимой, и вы даже не пытались навестить меня
- Как бы я посмел? Я думал, ты убьешь меня сразу же как только увидишь. Но потом я узнал, что ты вернулась — и я надеялся, что ты можешь передумать. Ты простишь меня, если я изменюсь…
Еще один шаг и обратный ход, чтобы признаться, но не в реальных причинах. Она сказала:
- У меня есть дела поважнее, чем забота о вас.
