Глава 74
Услышав стук в дверь, Роф встал из-за стола. Им с Бэт потребовался час, чтобы опустошить изящную штуковину, что оказалось сюрпризом. Эта хрень, казалось, обладала уймой маленьких ящиков.
– Он здесь? – спросил Роф шеллан. – Они здесь?
– Будем надеяться, – Раздались шаги Бэт, когда открылась дверь, будто она пыталась найти угол обзора получше. – О… он прекрасный.
– Скорее, адски тяжелый, – прохрипел Рейдж. – Мой повелитель, вам не кажется, что во всем должна быть золотая середина?
– От кого я это слышу? – сказал Роф, когда они с Джорджем сделали два шага влево и один – назад.
Нащупав рукой шторы, он придал себе устойчивости, когда кайма коснулась его ладони.
Звук толкающихся повсюду людей в тяжелых ботинках становился все громче, ему аккомпанировали тонны ругательств. И ворчания. Еще больше ворчаний. Наряду с какими-то инсинуациями о королях и их прерогативе быть болью в заднице.
Потом раздалась пара «бууумс», когда два тяжелых предмета ударились о пол, – то же самое слышишь, когда бросаешь с утеса два сейфа.
– Мы можем сжечь остатки бабской мебели? – проворчал Бутч. – Например, кушетки и…
– Эй, все остается на месте, – пробормотал Роф, гадая, была ли чистой дорога к новой мебели. – Мне просто был нужен апгрейд.
– Продолжишь измываться над нами?
– Кушетку уже укрепили для твоей толстой задницы. Всегда пожалуйста.
– Ну, ты обновился, это да, – сказал Ви. – Эта хрень… прямо-таки для важной шишки.
Роф держался в стороне, пока Бэт говорила его братьям, куда именно нужно поставить предмет мебели.
"
"– Окей, хотите попробовать, мой повелитель? – предложил Рейдж. – Думаю, все готово.
Роф прокашлялся.
– Да. Да, хочу.
Они с Джорджем пошли вперед, и он вытянул руку, пока не нащупал…
Стол его отца был вручную вырезан из черного дерева, отличная филигранная работа по краю была выполнена рукой настоящего умельца.
Роф наклонился вперед, вспоминая, как стол выглядел во времена его молодости, века использования только увеличили его величественную красоту.
Массивными ножками стола служили статуи мужчин, изображающих четыре жизненных этапа, а гладкая поверхность, которую они держали, была отмечена теми же символами родословной, что были вытатуированы на внутренней части предплечий Рофа. Протянув руки дальше, он почувствовал три широких ящика под поверхностью стола и вспомнил, как его отец сидел за ним, разложив повсюду бумаги, королевские указы и перьевые ручки.
– Он невероятный, – тихо сказала Бэт.
