Боль поглощала меня, но мои мысли были еще хуже, они изводили меня до такой степени, что я превратился в неугомонный комок нервов и беспокойства.
Что-то было не так.
Я чувствовал это.
— Мне нужно идти, — заявил я, не желая ждать, пока он хоть что-нибудь обдумает. — Я серьезно, Гибс. Ты должен вытащить меня отсюда, парень. Мне нужно съездить домой и проверить.
— Ты не можешь выйти из больницы по наитию, — огрызнулся Гибси, свирепо глядя на меня. — Господи, Джонни, ты даже ходить без посторонней помощи не можешь.
Как ты предлагаешь мне переправить тебя в Корк, парень? Под моим гребаным джемпером?
— С ней что-то происходит, Гибс, — выдавил я, чувствуя, как мое сердце бешено колотится в груди. — Я чувствую это нутром.
— Подожди секунду, у меня есть идея… — Помедлив, Гибси вытащил из кармана телефон и нажал несколько кнопок, прежде чем включить громкую связь и положить его на кровать между нами.
— Алло? — Голос Клэр заполнил тишину после трех коротких гудков.
— Медвежонок Клэр, — ответил Гибси, протягивая ко мне руку и жестом призывая меня молчать, когда я открыл рот, чтобы спросить его, какого черта он, по его мнению, делает.
— Джерард. — Облегчение наполнило ее голос, когда она заговорила. — Ты в порядке? Как Джонни?
Не сводя с меня глаз, Гибс проигнорировал ее вопросы и спросил: — Почему ты мне не сказала?
— С-сказала тебе что? — Обеспокоенно спросила Клэр.
— Об отце Шэннон.
— Что за черт! — Одними губами произнес я, готовый убить его.
— Подожди, — одними губами произнес он в ответ, подняв руку, чтобы удержать меня.
— Доверься мне.
— О чем ты г-говоришь? — последовал нерешительный ответ Клэр.
— Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду, — блефовал он, закрывая мне рот рукой."
"— Она рассказала Джонни, не так ли? — Клэр всхлипнула. — О боже, и он рассказал тебе.
Мое сердце замерло у меня в груди.
Весь мой мир рухнул.
Я был прав.
Я был чертовски прав!
— Да, она рассказала ему, — сказал Гибси, и в его голосе звучала ярость. — Что я хочу знать, так это почему ты никому не сказала, Клэр?
— Я не знала наверняка, — поспешила сказать она, и голос ее звучал опустошенно.
— Она ничего не подтвердила, но все синяки… Я знала, что он что-то с ней делал. Я боялась, Джерард. Я был напугана, ясно?
А потом это обрушилось на меня, как чертов товарняк.
— Кто причиняет тебе боль, детка? Я все исправлю.
— Это секрет.
— Я никому не скажу.
— Мой отец.
Повинуясь инстинкту, я схватил телефон с тумбочки и сорвал с себя одеяло.
