— Что…
— Это…
— Было! — закончили мы оба одновременно, широко раскрыв глаза и уставившись друг на друга.
— Что только что произошло? — Взвизгнула Шэннон, надевая плавки от бикини и завязывая ленты обратно.
— Я не знаю, — ответил я, покачав головой, тяжело и учащенно дыша и поправляя свои шорты. — Но что бы это ни было.. — Я склонил голову набок и улыбнулся ей. — Мы должны сделать это снова.
Она покраснела и быстро завязала лифчик. — Я скучала по тебе.
— Я мог бы сказать, — поддразнил я, опускаясь на песок рядом с ней.
Поцеловав ее в плечо, я уткнулся носом в ее шею, утопая в ее опьяняющем запахе. — Я тоже скучал по тебе, Шэн.
— Нет, я имею в виду, что я действительно, очень скучала по тебе, Джонни, — прошептала она, забираясь ко мне на колени. — Ужасно.
— Я знаю. — Дрожа, я обнял ее. — Со мной было то же самое.
— Не уходи снова так надолго, — пробормотала она, уткнувшись лицом мне в шею. — Или, если ты это сделаешь, возьми меня с собой.
Я вздрогнул от ее слов. — Мне нужно тебе кое-что сказать.
Она напряглась в моих объятиях, прежде чем прошептать: — Я слушаю.
— Они предложили мне контракт.
Ее тело окаменело в моих руках, а ногти впились в мои плечи. — Во Франции?
— Нет. — Я прерывисто выдохнул. — В Дублине.
Она молчала так долго, что я не был уверен, что она меня услышала, но потом она прошептала: — Ты принял это?
— Пока нет, — хрипло ответил я. — Но это двухлетний контракт с большими деньгами. — Я издал еще один болезненный вздох, прежде чем добавить: — Они хотят, чтобы я перевелся в Royce и закончил там оформление моего увольнительного сертификата.
Мне пришлось бы вернуться в Дублин в сентябре.
— Ты собираешься ехать? — спросила она тихим голосом.
— Сначала я хотел поговорить с тобой.
— Это то, чего ты хочешь, верно?
— Я работал над этим всю свою жизнь, — признался я.
Она сильно задрожала. — Тогда тебе следует поехать.
— Я должен?
— Тебе следовало бы.
— Но я не хочу оставлять тебя, — признался я срывающимся голосом.
— Я знаю, — ответила она дрожащим голосом.
— Но это нормально, что тебе приходится.
— Шэннон… — Я покачал головой и уткнулся лицом в ее шею.
— Все в порядке, Джонни, — шмыгнула она носом, гладя меня по волосам. — Это хорошо.
— Моя голова знает это, — выдавил я. — Но мое сердце чертовски опустошено.
— Давай обсудим это, — сказала она более твердым голосом, чем я был способен найти, учитывая обстоятельства. Откинувшись назад, она обхватила мое лицо руками и посмотрела на меня полными слез глазами.
