Потому что завтра он должен был дать им ответ. Я не знала, что он собирался делать. Его отец сказал ему взять несколько дней на то, чтобы все обдумать и решить, когда мы вернемся домой из Дублина, и это именно то, что Джонни делал. Мы не говорили об этом с того дня на пляже, и я была совершенно уверена, что ни один из нас не хотел возвращаться к этому до тех пор, пока это действительно не было необходимо. Но мысль о том, что он уйдет навсегда, заставила мое сердце так сильно сжаться в груди, что стало трудно дышать.
Напустив на себя храбрый вид, я танцевала, пела и смеялась весь наш вчерашний день, но сейчас мне было одиноко. Я скучала по нему еще до того, как он ушел.
— Ты пялишься, — прошептал он, все еще не открывая глаз.
Я улыбнулась. — Ты должен был спать.
— Яне могу.
— Почему нет?
— Потому что я чувствую на себе твой взгляд. — Улыбаясь, он приоткрыл веко. — Привет, Шэннон.
— Привет, Джонни.
Вытянув свои длинные конечности, он потянулся и притянул меня к себе на грудь. — Нам нужно купить палатку для дома.
— Ах да?
Он кивнул и поцеловал мои волосы. — С висячим замком на дверце, чтобы твои братья и моя мама не могли войти.
Удовлетворенно вздохнув, я прижалась щекой к его обнаженной груди. — Ты всегда согреваешь меня.
— Ты всегда возбуждаешь меня.
Я закатила глаза и улыбнулась про себя. — Всю ночь шел дождь.
— Ты мокрая?
— Прекрати, — засмеялась я, хлопнув его по груди. — Ты ведешь себя ужасно.
— Я просто балуюсь, — усмехнулся он, хватая мою руку, чтобы переплести со своей.
— Это всего лишь небольшой летний дождик, Шэн. Скоро выглянет солнце. — Поцеловав костяшки моих пальцев, он сказал: — Мне это нравится.
— Что тебе нравится?
— Ты, — ответил он. — Это. — Он пожал плечами. — Быть здесь и сейчас.
Перевернувшись на живот, я посмотрела на него снизу вверх. — Мне это тоже нравится.
— Ты хочешь остаться навсегда? — небрежно предложил он, но я могла видеть боль в его глазах. — Мы можем спрятаться в этой палатке и никогда не выходить?
— Я думаю, у Гибси было бы что сказать по этому поводу, — ответила я, одарив его улыбкой.
— Да. — Джонни тяжело вздохнул. — Надо было оставить этого ублюдка дома. Вчера он был невменяем.
— Он забавный, — рассмеялась я.
— Он сумасшедший, — поправил Джонни.
— Да ладно, ты же знаешь, что любишь его, — поддразнила я.
— Да, — проворчал он. — Мне нравится маленький боллокс.
— Джонни?
— Да, Шэн?
— С нами все будет в порядке, не так ли?
— Да. — Он обхватил мою щеку рукой. — Все будет в поряде.
