Да, мы заранее снабдили обезболивающим ответственного офицера, чтобы снизить порог… Хотя, я вам и говорила, что это чистая авантюра!
Светлана покачала головой, затем продолжила.
— Так как меня не было в этот момент, я сделала косвенный вывод, что он сел сам, так? Не спрашивая разрешения, да? Будь на его месте испуганный мальчишка, он бы так и стоял, от страха опасаясь спросить разрешения или пожаловаться. Даже если бы человек был сдержанный, он все равно вел бы себя иначе. А его ответы?
— А что ответы? — слегка улыбнулся Игнатьев.
— Они продуманные. Четкие. Не было ни одного вопроса, который поставил бы его в тупик.
— Ну, мы почти и не старались. Светлана Владимировна, я пригласил вас сюда не просто так. Мы давно знакомы и мне нужно было мнение специалиста. Сейчас я вам кое-что объясню… Так уж получилось, что ефрейтор Громов попал во внимание Комитета Государственной Безопасности и одновременно к нам. В ГРУ. Чистая случайность, что и мы с вами сегодня были в Мазари-Шариф. Мой коллега и сокурсник, из конторы, крайне заинтересовался Громовым.
Уверен, скоро он тоже будет здесь. Честно говоря, я не разделяю его интересов, но мне нужно было мнение компетентного человека. У меня свое мнение, относительно того, что делать с ефрейтором дальше.
— А для чего? — Светлана посмотрела на капитана внимательным взглядом.
— Я изначально отбирал его в наш учебный центр. Но, по вине случайных обстоятельств, он туда не попал. И вот теперь, на фоне всех событий, после всех событий с его участием, я намерен написать подробный рапорт своему начальству о том, что хорошо бы перетащить такого бойца к нам.
Мне кажется, это идеальный кандидат. Причем не на рядовую должность, а как минимум на командира отделения. Ну, не сразу, конечно же. Как думаете, справится?
Та усмехнулась."
"— Это не совсем мой профиль, но если интересно мое мнение, то да. Точно справится. И не отделением а, возможно, даже и взводом. Правда, не уверена, что тебе дадут это сделать на фоне всего этого расследования.
— Расследование не будет длиться вечно.
Громов лишь песчинка в нем, основной уклон на то, что под нашим носом был и есть гадюшник с духами. Ну и, я ведь не просто так привлекаю Громова к планируемой операции. Возьму его с собой, пусть как очевидец покажет, где они были, что видели. По окончании операции, вскроются многие щекотливые моменты. Тогда ефрейтора можно будет и к награде представить.
— Кстати, о наградах. У меня сложилось смутное впечатление, что они ему совершенно безразличны.
