Автор
— Не смей называть моего сына отродьем!— А как мне называть ребенка, которого ты нагуляла? Родила от моего друга, а строишь из себя святошу!— Уходи, Демид. Я не намерена слушать твои оскорбления! Мы в разводе, ты без труда нашел себе новую девушку, вот и командуй ею. А меня оставь в покое!...
Очередь перед туалетной кабинкой задерживает меня на добрых двадцать минут. А когда я возвращаюсь… С замиранием сердца наблюдаю следующую картину: Демид держит на руках спящего Бусю, няня сидит с таким видом, как будто бы она здесь ни при чем. С одной стороны, я ее понимаю: вряд ли бывший муж рассказывал ей о хитросплетениях наших отношений. Наверное, она вручила ему ребенка не подумав.
С другой стороны, я совершенно не представляю, как это произошло. Внутри все сжимается от страха. Меня даже пошатывает, и я вцепляюсь в спинку кресла, не зная, чего больше бояться: того, что Демид причинит малышу боль, или того, что он разглядит в нем свои черты и догадается о правде.
ДемидВсегда терпеть не мог свою мегеру-тещу, так что даже удивлен, когда она не закатывает скандал при моем появлении. К счастью, из квартиры Эли мы уходим, не успев прийти. Она уже полностью собрана и готова к отъезду."
"Изначально я планировал нанять няню для ее ребенка в Израиле, но, подумав, пришел к выводу, что надежнее взять с собой человека, в компетенции которого уверен на все сто.
Сначала обратился к бывшей няне Сони, но та ушла на пенсию, зато посоветовала свою подругу Риту, у которой имеется большой стаж и за которую она может поручиться головой.
Папа, который настоял на том, чтобы сопровождать Соню в аэропорт, чтобы как следует попрощаться с внучкой, явно едва сдерживается, глядя на Элю. Она очень сильно его разочаровала, так что, узнав правду, он не то что говорить — даже смотреть на нее не мог.
Как только мы устраиваемся в самолете, сын Эли тут же начинает нервно крутиться. Я игнорирую их, уткнувшись в книгу, но слышу, как они воркуют, и безусловная любовь Сони к этому «братику» меня дико задевает.
— Ну что же ты, маленький! Успокойся, малыш, — воркует няня, раскачивая его на руках, но тот даже не думает успокаиваться.
Лицо покраснело, а крошечные ручонки сжались в кулачки.
