Изо рта Паши вываливались настолько грязные слова, что проплывающие в небе облака краснели без помощи закатного солнца, а трава на поляне увядала. Отведя за несколько часов душу, Паша возвращался в город отдохнувшим, обновлённым и молчаливым.
Судьбоносный массаж
Ваню растила бабушка. Эта женщина пятьдесят лет проработала массажистом в спортшколе олимпийского резерва по тяжелой атлетике и могла пальцами заново разложить бетонный блок на цемент и щебень. По её словам, все проблемы в мире – от больного позвоночника, в нём же скрыта и великая сила, способная дать человеку всё, о чём он пожелает.
– Если бы у Земли был свой массажист, планета излечилась бы от всех проблем и гармония на ней длилась бы тысячи лет, – говорила женщина каждое утро, уходя на работу. – Но ни у кого нет таких сильных рук, а мне некогда: большой спорт поднимать нужно.
От вида спин и разговоров о них Ваню тошнило. Пока родители водили других детей на секции и нанимали им репетиторов, Ваня проводил дни с бабушкой в кабинете и сменял её в обед, сжимая в руках необъятные спины олимпийцев.
Пока одноклассники Вани подражали киношным супергероям и боролись с воображаемыми злодеями, Ваня и бабушка всем сердцем ненавидели остеохондроз и вели с ним нескончаемую битву.
– Лопаткин, если ты не можешь найти дискриминант, как ты собираешься строить свою будущую жизнь? – в очередной раз отчитывала Ваню математичка, когда тот не справился с примером на уроке. – Дети, вас ждут в лучшем случае метла и сбор картона, если будете такими, как ваш одноклассник! – ругалась женщина, пока Ваня молча стоял сзади неё у доски.
– Я вынуждена снова поставить тебе двойку! Ну за что мне такое наказание?! Позор на мою учительскую голову! Лентяй, бездарь! – обращалась она к нему спиной."
"И как только она склонилась над классным журналом, чтобы поставить оценку, Ваня вдруг отчетливо увидел у женщины изменение межпозвоночного диска шейного отдела. Руки сами потянулись вперёд, словно ими управляли дистанционно, и надавили.
– Лодыри ничего не добиваются в…
Учительница умолкла на полуслове, мир перед её глазами исчез, испарился, словно выключился.
Она даже не поняла, что весь класс ржёт в голос, глядя на неё. Женщина вдруг ощутила, как всё её тело стало невесомым. От блаженства веки налились тяжестью. Через минуту из её открытого рта раздался протяжный храп.
– У вас нервы были защемлены, намечалась грыжа, – раздалось откуда-то издалека. – Походи́те на массаж.
Учительница проснулась. Мир снова стал прежним.
