— Но ты же сказала моей свекрови, что ее сына спасу я своей любовью…
— Ничего подобного, — заявила фея радостно. — Почему вы, люди, никогда не понимаете, что вам говорят? Я сказала, что Чеда спасут любовь и Кирия Санлис!
Хм… Я не видела большой разницы. Вернее, вообще не видела разницы. Но решила, что не стоит ломать голову над этой загадкой.
— Для чего же я была призвана? — спросила я осторожно, чтобы в ответ не получить еще какую-нибудь бредовую песенку или пророчество, которое надо толковать как-то не так, как оно сказано.
— Мне кажется, это очевидно, — ответила фея, и мне опять захотелось застонать. Но она не стала испытывать мое терпение и закончила: — С самого твоего приезда сюда ты стала соперницей Маниле. Покончи с ней — и я помогу тебе.
— Но Манила исчезла, — залепетала я, потому что это предназначение было еще невероятнее, чем спасение короля-оборотня.
Покончить с Манилой?! Покончить с упырем? С ведьмой?.. Я была в теплых меховых сапожках, но ноги совсем окоченели. И сердце захолодило.
— Именно, — фея похлопала меня по плечу, и сразу стало тепло, будто я посидела на солнечном взгорочке. — С упырем. С ведьмой.
— Ты требуешь от меня невозможного, — произнесла я с трудом. — Я всего лишь женщина, что я могу? Почему бы тебе не попросить об этой услуге какого-нибудь храброго рыцаря?.. — тут я осеклась и прикусила язык. Мне совсем не хотелось, чтобы Флёр-де-Фарин отправила Рэндела совершать подвиг убиения упыря.
— Сэру Эдейлу повезло, — сказала фея, и я сильно заподозрила, что она умеет читать мысли.
— Он справился с новообращенной Летицией, но с Манилой он не справится. Человек — не справится.
«Вы не победите меня в своем теперешнем естестве», — вспомнила я слова Манилы, сказанные в замке Теней, и меня поразила страшная догадка.
— Ты все это предвидела, — сказала я, сжимая кулаки. — Ты знала, что она меня укусит… И допустила это!.. А теперь шантажируешь! Играешь моей жизнью!
Я бы бросилась на нее драться, но фея остановила меня одной только фразой:
— Я обещала твоей матери, что буду тебя защищать.
Воинственный пыл тут же оставил меня.
— При чем тут моя мать? — спросила я взволнованно. — Ты тоже из рода дель Стрига?
— Нет, дорогая Кирия.
Мне почудилась насмешка в голосе феи."
"— Но я покровительствовала твоей матери. Она использовала магию солнца, и часто призывала меня. Когда она спряталась в Санлисе, она знала, что ее сил не хватит надолго. И она оставила тебя. Как память своему роду, как последнее воспоминание.
