Бриан вздохнул, глаза Морида были широко распахнуты от удивления. "Что слышал?" — переспросил он, поднимаясь и медленно приближаясь к столу. Здесь шла речь о боевой ботанике — странных сочетаниях вибрирующих растений, которые становятся невидимыми для сознания, как только попадают на голодный язык. Это была жестокая и напряженная тайна, где каждое слово и каждый жест могли разрушить мир....
Потому было принято решение дать ему бой как можно скорее. Бросить на врага все имеющиеся силы.
И меня просто убивало, что Джойс пойдет в первых рядах как та, кто совершенно точно может сказать, где засела тварь. Да и, что скрывать, как весьма опасная боевая единица. Если бы я мог, сделал бы все, чтобы утащить ее подальше от этого всего. На какой-то миг я даже начал понимать Тайвина. Может, им тогда руководило личное желание, не навеянное извне. Но в отличие от него я понимал, что другого выхода нет. Поэтому давай, Бри, жопу в кулак и пошел! Не разводи сопли! От тебя зависит безопасность твоей… девушки? Вот и обеспечь!
Мне всегда помогало мысленно отвесить себе хорошего пинка.
Для того чтобы провести правильный ритуал изгнания, следовало точно локализовать место, где засел подлюка, окружить его, слава всем богам, на достаточном расстоянии. Расставить силовые точки и запустить магические потоки по этим реперным маякам, закручивая воронку, способную не только кратковременно прорвать ткань пространства, но и закрыть ее потом намертво.
Раз тварь обнаружилась не далеко на севере и не в глухом лесу, а совсем рядом, это значит, что он может перемещаться. Прямо с гнездом, гад. И без Джойс с прилипшей к ней Лут мы его не найдем. Она снова должна настроиться на свои грибы, корни, траву, или что там еще, чтобы точно выследить гадину.
А муравьи маленькой первокурсницы понесут на своих жвалах специально разработанный яд, с помощью которого, как установили в лабораториях другие травники, можно хоть и не убить, но здорово замедлить зараженную нежить.
"У нас не было времени все просчитать, определиться со стратегией поведения, учесть все риски. О чем вы? Вся наша операция — один сплошной риск. Мы выдвигались, осознавая, что, возможно, именно наш дистрикт прекратит свое существование, тем самым давая шанс жить в мире всем остальным.
Дальше события понеслись галопом, и на посторонние мысли не осталось времени. Все слилось в единую какофонию звуков. Крики наших, визги дохнущих тварей, рычание зверей, подконтрольных бестиологам, свист лиан, выстреливаемых в разные стороны.
