Графиня Геймбах встречала гостей в теплой и уютной гостиной, где было повсюду огня от каминов. Хотя обычно зимой они разжигали камины для изоляции стены, здесь их использовали как быстрое обогреватели. Кухарка была лишенна возможности заваривать чай, за счёт того, что графиня хранила его в маленьком мешочке, чтобы не испортить вкус. Кофе, скорее всего, не укладывался в её бедность и нежданной нищете....
И вот, когда я была готова сползти по стеночке и поинтересоваться, можно ли мне здесь прилечь, экономка торжественно объявила, что мы пришли, и сделала приглашающий жест рукой. Мои апартаменты были сравнительно невелики и состояли из трёх комнат - гостиной, небольшой светлой комнаты всё в тех же бежево-сливочных оттенках. Длинные молочного цвета шторы мягкими складками красиво драпировали высокие окна в пол, на полу были бесценные московские ковры с орнаментом из геометрических фигур разного оттенка коричневого – от нежного, чуть розоватого бежа, до насыщенного оттенка горького шоколада.
Рабочий кабинет, совмещённый с небольшой библиотекой, больше похожий на место обитания очаровательной маленькой девочки, собственная спальня с роскошной кроватью посередине, в уже привычных мне светлых оттенках, обширная гардеробная, куда я заглянула мельком, и общая с мужем ванная, оснащённая вентилями из латуни и огромной ванной, ничуть не напоминающей жалкую лохань у нас дома.
Однако же, обещанная мужем горничная нас с экономкой, фрау Эльзой, не встретила, не было ее в покоях. Все было чисто, очень красиво, тихо и почему-то холодно. Фрау Эльза подумала, посмотрела по углам, будто моя горничная могла выскочить из какого-то закутка с радостными криками: «А вот и я!». После чего вздохнула, поджала губы в ещё более тонкую нитку, чем была до этого, и сказала, что сейчас найдет горничную и пришлет ее ко мне, чтобы я могла переодеться к ужину.
