Стрелять пришлось начать минут через пять после начала заправки. Первый мертвец вышел из ресторана – не зря оглядывались. Похоже, мы его разбудили: он был медленным и вялым. Затем оттуда же появился второй, точнее – вторая, женщина в деловом костюме, с распатланными длинными волосами, в сочетании с которыми ее лицо больше напоминало морду какого-то демона.
А вот на этом все и закончилось – с суши мертвецы так и не пришли: похоже, нас просто не замечали. От берега далеко, не мельтешим, и других лодок здесь целая марина, так что заправились до самого конца, слив из цистерны все до последней капли.
Танк до верха и почти два десятка бочек получилось. Меньше, чем мы рассчитывали, но все равно нормально, дойдем. То есть гарантий никто не дает, можем по любой причине утонуть – от шторма или собственной дури, например: мореходы мы те еще, так себе мореходы, говоря прямо,– но топлива у нас с запасом.
– Ну что, проверим ресторан? – спросил Сэм, с явно довольным видом наблюдая, как сматывается шланг заправщика.
– Давай,– согласился я, оглядывая пирс: зомби так и не было, «операция» прошла на удивление скрытно.
А может, их стрельба на нефтебазе отвлекла, а потом они нас из виду потеряли? Все может быть."
"По моим прикидкам, в ресторане мертвецов ожидать уже не следовало – давно бы проявились, как те двое, что лежат на асфальте у дверей, поэтому я не стал даже перевооружаться, а просто закинул М-16 за спину и вытащил из кобуры пистолет – достаточно, справимся.
Ресторан запахами особенно не пугал – был он «фастфудным», разлагаться было нечему, сплошные полуфабрикаты непонятного состава. В таких местах и мясо не гниет, а просто усыхает, мумифицируется вроде как на манер тутанхамонов. Еще было темновато – достаточно темновато для того, чтобы пропустить опасность, поэтому пришлось взяться за фонари.
На нас никто не бросался, а подсобка едального заведения – лабиринт металлических полок с засохшими бургерами и горки пахнущей прогорклым маслом картошки – порадовала нас всего двумя упаковками минеральной воды в маленьких пластиковых бутылочках.
Вся газировка, или, как ее именуют в Америке, «сода», разливалась из автоматов, поэтому и завозилась сюда в неудобной для нас таре – в металлических цилиндрах, под давлением.
Решив, что с худой овцы хоть шерсти клок, прихватили несколько не открытых еще пластиковых бутылок с кетчупом и горчицей, побросав их в пластиковую коробку.
