– Я бы могла быть добренькой, но увы, это прерогатива Эль. Мы звонили тебе. И писали. Тысячу, мать его, раз. Даже прилетали в Канаду, пытаясь найти тебя.
В сердце впивается тысяча игл. Я замираю, оглушенная новостью. О господи, они даже прилетали ко мне в Ванкувер?
– Где ты пряталась, Кэт? – Эмма повышает голос, но вдруг замолкает и судорожно выдыхает, хватая меня за плечи. – Я понимаю, тебе было тяжело, но ты могла бы не перечеркивать всю свою жизнь из-за одного мудака.
– Не надо, Эмма, – тихо говорю я. Нет, пожалуйста.
Я не хочу говорить об этом. – Мы можем отложить этот разговор?
Я не готова. Не сейчас.
Возможно, я никогда не буду готова.
И тем не менее я уверена, что мне просто нужно время, чтобы свыкнуться с мыслью, что я здесь. Что я в Англии. И что мы, вероятно, живем с ним в одном городе.
Эмма недовольно выдыхает и кивает, удивляя меня неожиданной сдержанностью. Неужели она повзрослела и научилась справляться со своим взрывным характером? Сердце вновь больно екает лишь от одной мысли, что я пропустила взросление своих подруг.
Что было бы, если я осталась?
Нет, даже не думай об этом, фиксация на прошлом – это деструктивные мысли.
– О, мы обязательно поговорим, – уже мягче произносит Эмма, придирчиво оглядывая мою фигуру. По ее лицу пробегает тень сожаления. – Ты выглядишь похудевшей на несколько фунтов, а то и больше. Анна говорила мне твой размер, но он и близко не XS, Кэтти.
Она качает головой, заглядывая мне в глаза. Мне становится неловко, когда я вижу в них жалость.
– Пожалуйста, ешь больше.
– Я хорошо питаюсь, Эм, – говорю я, невольно улыбаясь. Она не изменилась. Все так же опекает и заботится о каждом человеке на этой планете. – Предлагаю обсудить платья, а потом я приглашаю тебя на обед. Ты согласна?
Я говорила, что у меня есть некоторые проблемы с социализацией?
Мое дыхание на миг задерживается, пока я жду ее ответа. И мои плечи расслабляются, стоит девушке произнести радостное:
– Конечно! Как насчет Сохо-хауса?
Видимо, Эмма все еще поддерживает членство в этом клубе, но я бы не хотела встречать знакомых.
Предпочитаю держаться в энергосберегающем режиме до начала благотворительного вечера, потому как силы мне понадобятся. Много сил.
Я качаю головой и озвучиваю свой вариант:
– Ты убьешь меня, если я предложу «Старбакс»? Я хочу тыквенно-пряный латте, – я запинаюсь, когда чуть не произношу: – И сэндвич.
Точно, никакого сэндвича. Однако убойная доза сахара и кофеина мне точно не повредит.
