Правильно, реноме Супау надо поддерживать, а то народ расслабится, с Санта Клаусом путать будет.
Рядом со мной раздался такой рев, что мой Вопль Банши пошел нервно покурить в сторонке. Я повернул голову. Ну Илени тоже зажигает. Окутавшись зеленым свечением, она подняла вверх посох, и яркий шар зеленого огня, слетев с ее посоха, рванулся вверх и устремился в темное грозовое небо.
Народ внизу выдохнул и, рухнув на колени, забормотал какую-то речевку вроде «Мир, труд, май».
— Долго же ты, — бросил я Илени.
Впрочем, при всем желании ответить мне она вряд ли сможет, в боевой морфе человеческая речь дается с большим трудом.
А вот речь стриго...
— Громче! — проорала она голосом сонара, нащупавшего подлодку, и зеленый шар на этот раз приземлился в толпе, рванув как заправский файрбол.
Народ подобрался, дисциплинировался и уже было слышно ритмичное бормотание «Мать! Мать! Мать!»
— Громче! — заорала Илени и взмахнула посохом.
Ну тут уже как заправские демонстранты туземцы начали скандировать «Мать!» громко и с чувством.
Илени удовлетворенно кивнула шипастой головой.
— Пойдем, — проскрипела мне она.
Я согласно кивнул, и полез обратно в гробницу.
— И все-таки ты был прав, когда не стал их уничтожать, — Илени посасывала матэ из калебасы. — Теперь у меня есть еще свое заморское королевство с более чем тысячей душ подданных.
Она проводила взглядом кланяющихся индейцев, проходящих мимо нас чуть ли не бегом.
Мы сидели под плетеным навесом в центре деревни в плетеных же креслах, наслаждаясь бодрящей прохладой.
Если бы не антураж, можно подумать, что сидишь в уличном кафе с девушкой, наслаждаясь редкими минутами отдыха. Только у всех девушек, с которыми я когда-либо встречался, не было таких впечатляющих способностей. Впрочем, иногда в монстров они превращались весьма успешно, даже не отращивая клыков и когтей.
— Я знаю, — согласился я. — Вот поэтому иногда не стоит принимать опрометчивые решения. Стоит ли деревня дохлых рабов хоть чего-нибудь? А ты теперь — их королева.
Помнят они Ардани, помнят.
— Помнят. И Супау тоже, — сузила она глаза. — Я так понимаю, что ты также здесь обзавелся недвижимостью?
— Почему бы и нет, — сказал я. — Иногда нужно иметь загородную дачу. Чтобы отдохнуть на природе, поохотиться на разную дичь...
— Ладно, не буду вторгаться в твои охотничьи угодья, — сказала Илени. — Тем более, что мы теперь союзники. Причем теснее, чем другие союзники — основа другая.
Она тронула свой посох, прислоненный к стулу.
