Шутка ли: сам единокровный брат короля женится на юной аристократке из обедневшего не слишком знатного рода, да еще и на девушке, годящейся ему по возрасту в дочери. Впрочем, брак с разницей в возрасте в высшем обществе вряд ли способен кого-то удивить, а вот мезальянс — дело всегда шумное и обсуждаемое.
Элинор даже испытала гордость за дядюшку: она и не сомневалась, что он не из тех, кто боится трудностей.
А вот Шиана… Та была примерно ее ровесницей или на год старше, и они были давно знакомы: не единожды встречались на званых ужинах, приемах и балах, где Крошка Ши, несмотря на практически бедственное положение своей семьи, непременно задирала нос и всеми способами пыталась продемонстрировать свою значимость.
От одного того, что к девушкам своего возраста та неизменно обращалась «милочка» и «дорогуша», у Элинор сводило зубы.
И она — с дядей Риком? Кто бы мог подумать…
Судя по лицу леди Викандер, сюрприз удался не только для Эль. И первые несколько минут после прихода гостей в гостиной царила атмосфера неловкости, истаявшая только к тому времени, как подали ужин и пришла пора идти к столу.
Впрочем, кажется, первой расслабилась и почувствовала себя как дома именно незваная гостья, а не хозяева. Шиана активно участвовала в беседе и, никого не стесняясь, норовила коснуться руки жениха при любом удобном случае. А такие случаи, по ее мнению, подворачивались каждые несколько минут.
Сидя напротив, Элинор старалась побольше смотреть в тарелку, но потом не выдержала и принялась считать: за полчаса Ши потрогала дядю шестнадцать раз.
Шестнадцать! Ну, куда это годится?
Правда, стоило перевести взгляд на дядюшку, как Эль стало стыдно — тот светился, как натертый до блеска светильник. Да и непохоже, что Шиана липла к нему только для демонстрации своих чувств — то, как она смотрела на жениха, ясно говорило, что если в ее выборе спутника жизни и имели значение его деньги и положение в обществе, то отнюдь не решающее. Кажется, они были действительно счастливы и влюблены.
А это самое главное.
Так думала Эль, пока будущая родственница общалась со всеми, кроме нее.
А потом гостья капризно произнесла:
— Милочка, ты не передашь мне соль?
Подобным тоном Элинор не обращалась даже к слугам, и единственное, чего ей захотелось в данный момент, так это запустить тяжелой солонкой будущей тетушке прямо в лоб.
— Я передам, — с готовностью вызвался сидящий рядом Линден, что-то прочтя в выражении ее лица.
