В глухой провинциальной деревне гуляет раннее утро, когда еще не начался знойный день. Но уже ветреная женщина и двое мужчин заметили подозрительные глаза местных, прячущихся среди туристов в поисках неожиданного притолоки.
Марк был прав. Мне в тот же вечер следовало пойти в полицию. А теперь я преступница. Мне надо признаваться в содеянном. Признаваться…»
Что будет с ней, с Марком, с семьей? Аршинные заголовки в газетах, суд, возможно, тюрьма. Конец карьеры. «Но и так дальше продолжаться не может, – подумала она. – Я же сойду с ума».
Словно в трансе, Кендолл направилась в кабинет Марка. Она помнила, что на полке стенного шкафа стоит портативная пишущая машинка. Достав ее, Кендолл поставила машинку на стол, сняла футляр, вставила в каретку чистый лист бумаги и начала печатать.
«Всем заинтересованным лицам!
Меня зовут Кендолл Стен…»
Она замерла. Буква «е» западала.
Глава 30
– Почему, Марк? Скажи мне, почему? – Голос Кендолл переполняла душевная боль.
– Все из-за тебя.
– Нет. Я говорила тебе… Это был несчастный случай. Я…
– Я не о несчастном случае. Речь идет о тебе! О жене, взлетевшей на гребень успеха, которая слишком занята, чтобы выкроить время для мужа.
Ей словно влепили пощечину.
– Это неправда. Я…
– Ты всегда думала только о себе, Кендолл.
– Ты несправедлив!
– Неужели? Ты летаешь по всему миру, не пропуская ни одного показа мод ради того, чтобы твою фотографию лишний раз тиснули в газете, а я сижу дома один, дожидаясь тебя. Ты думаешь, мне нравилось быть «мистером Кендолл»? Нет, я хотел, чтобы у меня была жена. Но не жалей меня, дорогая Кендолл. Когда ты уезжала, я находил утешение в объятиях других женщин.
Ее лицо посерело.
– Это были настоящие женщины, из плоти и крови, у них находилось для меня время. А ты всего лишь раздутый пузырь, внутри которого пустота.
– Замолчи! – воскликнула Кендолл.
– Когда ты рассказала мне о том инциденте, я понял, как освободиться от тебя. Знаешь, что я тебе скажу? Я с наслаждением наблюдал, как тебя корежило, когда ты читала эти письма. Я хоть немного сумел отплатить тебе за те унижения, которым ты меня подвергала.
– Хватит! Собирай чемоданы и проваливай.
Марк усмехнулся.
– Едва ли мы еще когда-нибудь свидимся. Между прочим, ты по-прежнему хочешь пойти в полицию?
– Убирайся! – выкрикнула Кендолл. – Немедленно!
– Я ухожу. Думаю, мне пора возвращаться в Париж. И, дорогая, я никому ничего не скажу, даже если ты не пойдешь в полицию. Ты в полной безопасности.
Час спустя он уехал.
В девять утра Кендолл позвонила Стиву Слоуну.
– Доброе утро, миссис Рено.
