В холодном зале разливался дым от керосиновой лампы, где-то вдалеке прокатилась санями или зашуршала высохшая трава под копытом лошади. Алеся прижала колени к сердцу, словно пытаясь укрыться от мрачной атмосферы и собственного горя. Этот вечер мог быть обычным, если бы не одно «но»....
Пнув случайно попавший под сапог камень, мужчина хозяйским взглядом оглядел двор.
Кое-где суетились служки, продолжая наводить порядок. На тренировочной площадке звенели мечи. Там же перекликались голоса и время от времени раздавался гортанный смех.
Фехтовать окончательно расхотелось. Но не возвращаться же домой?
Нортман прошелся по двору, и как-то незаметно для себя свернул в сторону оружейной. С утра хватало других забот и не было возможности туда заглянуть. Теперь надо исправить это упущение.
Поднявшись по каменным ступеням, он потянул на себя тяжелую дверь и, едва шагнув в прохладный сумрак, услышал приглушенные голоса.
— … да что ты говоришь? Неужто это правда?
— Еще какая! Племянник сводного брата моей жены служит лакеем во дворце. Так он своими глазами все видел.
— Не может быть!
Граф поморщился. Судя по всему, служки, отправленные сюда, чтобы навести порядок, решили вместо работы почесать языком. И увлеклись настолько, что даже не заметили, что их разговор перестал быть приватным.
— … правда на тот момент она еще не была графиней. Ее король выдал замуж только после зимы.
Ясно. Очередные сплетни. Но болтовню подобного рода лучше пресекать на корню. Мужчина шагнул было ко входу во второй зал, но следующая фраза буквально пригвоздила его к месту.
— Как думаешь, а граф Арельс в курсе, что его новая жена была королевской постельной грелкой?
— Тише ты! — явно испугался второй. — Разве можно так говорить про господ?
— Да ладно тебе, ты только послушай.
— Ну мало ли…
— А я еще кое-что скажу. Только ты никому! Дочь моей тетки служит в доме герцога Рельса, там на днях проходил бал. Так вот, графиня Арельс весь вечер мило флиртовала с каким-то виконтом.
— С виконтом?
— В том-то и дело, что нет. С графом Богудсом. Пробыла с ним какое-то время наедине, а потом поспешно уехала. Сестрица сообщила еще, что уезжала графиня очень взволнованной, и платье у нее было заметно потрепанным.
— Так ты полагаешь, что они…
— Богудса в тот же вечер арестовали. И даже какое-то время держали в пыточной. А графине все с рук сошло, видимо крепко она очаровала его величество.
