Они направились к лифтам, а Лев вышел из номера 622 и вернулся к себе.
Под покровом ночи, захватив пакет с силиконовым лицом Тарногола и его одеждой, он перешагнул на балкон номера 623, где якобы жил Тарногол, и оттуда пробрался к Жан-Бенедикту, в номер 622, через заблаговременно открытую балконную дверь. Сняв с расчески Жан-Бенедикта несколько волосков, он сунул их внутрь маски Тарногола и спрятал пакет на верхней полке шкафа в его гардеробной. Потом с гостиничного телефона позвонил и заказал завтрак на следующее утро, строго следуя вкусам Тарногола: яйца, икру и рюмку водки.
•– Зачем такие сложности? – спросила Скарлетт.
– На пресс-конференции, назначенной Жан-Бенедиктом на следующий день, я бы публично обвинил его в том, что он последние пятнадцать лет играл роль Тарногола и таким образом предал свой банк. В Женеве и в Вербье все улики были разложены по местам. Я заявил бы, что в ходе собственного расследования, которое я провожу уже не первый месяц, я обнаружил, что Хансену принадлежит особняк на улице Сен-Леже, и предложил бы полиции обыскать его номер и посмотреть, что он прячет в шкафах и в сейфе, где лежали акции Макера.
Вот ловушка и захлопнулась бы.
Тут я не выдержал:
– И месье Роз, зная, что вы задумали, решил, что, если он уберет Жан-Бенедикта Хансена, вы окажетесь в полной безопасности, так как все поверят, что Тарногола изображал Хансен. Поэтому поздней ночью, никем не замеченный, он двумя выстрелами убил Жан-Бенедикта. Он оберегал вас как родного сына. Это был подвиг беззаветной любви.
Лев взволнованно кивнул:
– Однажды вечером в Женеве, куда месье Роз приехал поддержать меня на суде, он наконец во всем мне признался. Он безумно страдал от сознания того, что совершил. К тому же он переживал из‐за того, что, убив Жан-Бенедикта, окончательно меня потопил. Он не мог себе этого простить. Он постоянно повторял, что по его вине я потеряю все. Вынесенный мне приговор его добил. В итоге он покончил жизнь самоубийством за день до того, как я вышел из тюрьмы, сделав меня своим единственным наследником.
– Он завещал вам “Палас”, – сказала Скарлетт. – То есть вы теперь директор этого отеля, неуловимый директор, которого мне никак не удавалось застать.
– Да. Узнав, что вы расследуете убийство в номере 622, я поначалу забеспокоился. Потом подумал, что мне наконец представляется возможность пролить свет на это дело.
– А где сейчас пистолет Роза? – спросил я.
Лев улыбнулся:
– Пистолет изъяла полиция, когда он покончил с собой.
