Я еще не встречала прислуги, которая не обладала бы распространенным пороком — любопытством.
— Ага. Думаете, правду доктор говорил?
Старик уставился на меня в надежде, что я поделюсь с ним своими соображениями. Ха! Кто бы мне самой объяснил, что происходит. Раны графа трудно было назвать обычными. Если в них действительно попало какое-то магическое вещество, то тогда понятно, почему они не заживают.
— Пока сложно утверждать что-либо наверняка, — неопределенно ответила лакею.
Я не любила делать прогнозы, но и запугивать слуг не стоило.
Скажи им, что хозяин при смерти, и вся работа в доме окончательно встанет.
— Думаете, выздоровеет лорд Фредерик? — спросил Кунц.
— У лорда Горна крепкий организм. Будем надеяться, справится.
— Ох, дай-то Единый! — вздохнул слуга, направляясь к выходу. — Ну, вы располагайтесь. И не забудьте, ужин в восемь.
Он смешно передернул плечами, отчего зеленая ливрея слегка перекосилась на бок, и захлопнул дверь. Занятный старик. Вроде улыбается, а глазки острые, настороженные.
Я сняла с плеча лекарскую сумку, положила ее на стол и огляделась.
Комната казалась небольшой, но в ней было все необходимое. Кровать, комод, узкий платяной шкаф, стул. За дверцей в углу пряталась небольшая уборная, в которой обнаружились еще и крошечный поддон для мытья и нагреватель.
Похоже, в замке заботились о чистоплотности слуг.
Правда, купание я решила отложить на вечер, а пока занялась своими вещами. Нужно было повесить в шкаф немногочисленную одежду, разложить в комоде белье и поставить на полочку в ванной щетку и коробочку с зубным порошком.
Закончив, посмотрела на часы. Без пяти минут восемь. Что там говорил Кунц? Кухня в подвале? Пожалуй, следует поторопиться, чтобы не опоздать на ужин.
Я бросила взгляд в маленькое настольное зеркало. Светлые косы, голубые глаза, небольшой ровный нос — в моей внешности не произошло никаких изменений, но почему-то за привычным образом вдруг почудился совсем другой — счастливая улыбка, смеющийся взгляд, крупные локоны распущенных волос. Рес! Мое забытое прошлое снова напомнило о себе.
Я провела по лицу ладонью и вздохнула. Глупо думать о том, что было. Я — Кэтрин Стоун. Сиделка. И точка.
Вскинув голову, я улыбнулась и замерла, услышав уверенный стук.
— Кэтрин!
Ага. Вот и Каллеман пожаловал.
Я распахнула дверь.
— Нужно поговорить, — с порога заявил маг.
— Проходите, — посторонившись, пропустила его в комнату.
Выглядел мужчина неважно. Щеки запали, под глазами залегли темные тени, лицо было бледным.
