Проверял просто, а вдруг не ты. Давай подарок-то. И проходи в мою скорбную обитель.
Квартира была большой и красивой, с панорамными окнами, видом на Набережную и на другой берег. Если только не обращать внимания на бардак, царивший повсюду. На полу валялись пустые бутылки из-под газировки, грязные тарелки, салфетки, стаканы, носки и прочий хлам, создавая впечатление полной запущенности.
— Как всё запущено, — сказал я, проходя в комнату.
— Простите, — усмехнулся он. — Неправда ваша. Это творческий беспорядок. Ну что, будешь чего-нибудь есть?
— Нет, — засмеялся я.
— Боюсь, отравите меня к херам. Биооружием.
— Перестань. Как я могу тебя отравить? У меня всё самое свежее. Хочешь, свежий рассказ прочитаю на три алки? Или стишата? Точно, давай стишата.
— Я больше публицистику предпочитаю, — кивнул я, рассматривая его хоромы. — И на злобу дня, желательно. И не сегодня. Держите вот бутылку. Я, кстати, хочу вас поблагодарить.
— О, молодец. Это я уважаю.
— Спасибо вам большое за то, что взбодрили Петрушку.
Он после звонка вашего человека реально засобирался в Москву, как мне показалось.
— Я, — сказал он, принимая коробку с драгоценным односолодовым шотландским виски, — не брезгую и водкой. Более того, скажу, что водка — это чистейший напиток. И ещё добавлю, лучший напиток, который придумало человечество. Лучший и чистейший. Смотря какая, конечно. Но в данной ситуации, в которой я нахожусь, не откажусь и от этого презренного самогона.
— Нихера себе презренного, — усмехнулся я. — На эту бутылку можно было купить два ящика водки.
— Вот и я говорю, — кивнул он, — а зачем? Зачем же ты не купил водку, когда мог? Ладно, пижон, садись, располагайся, чувствуй себя как дома. Говори, что хочешь, но помни, этот прокол с вискарём я никогда не забуду. Ты уж поверь.
— Учту, — согласился я. — Но вот, что меня тревожит. Я немного смущён нашим разговором. Хочу понять, вы помните, о чём мы договаривались раньше?
— Помню, я же тебе говорил, что я ничего не могу забыть. Всё помню.
— Да? Ну ладно, просто вы странные вещи говорите.
— Да, я вообще странный. Но ты не пугайся. Рассказывай, что хочешь?
— Вы говорили, что у вас есть компьютерщик, айтишник, или как они сейчас называются…
— Ну, допустим, есть, — сказал он, откупорил бутылку и расставил бокалы на журнальном столике. И что ты от него хочешь? Ты садись, садись. В ногах правды нет.
Он кивнул на диван, показывая, куда мне сесть.
— С закуской только проблема. Чего к этому виски подать, даже не знаю.
