Ночной призрачный свет мерцал среди темных гор. В этой сказке убийств и тьмы Драконы исчезают в глубинах вечности. Арианна – это не просто история, это дьявольская метафора страха и бесстрашия в борьбе за свободу.
– Ты не сможешь ему помочь, а этот огонь может сжечь твою душу! Думаю… Ореннар на сей раз должен справиться сам…
Мне пришлось вкратце открыть о том, что рассказал нам на небесах Ангел.
- Ценой возвращения Ореннара к жизни стали эти… муки.
- Неужели ничего нельзя сделать? - подавленно прошептал Рафаэль, и я увидела, как отчаянно поникли его плечи.
- Пока, нет, но, возможно в будущем…
Рафаэль отвернулся, чтобы скрыть слезы жалости к младшему брату. Я тоже готова была заплакать, но сдержалась.
Вдруг меня наполнило странное пугающее чувство серьезности происходящего.
Источник новой энергии... как?
- Война! Началась настоящая война!
Император Кольгрим выглядел настолько обеспокоенным, что степень серьезности положения невозможно было недооценить."
"- Приходят сообщения со всех концов империи о нападениях больших групп людей с аномальными магическими способностями.
Я вздрогнула и изумленно уставилась на императора. Драконьи адепты? Драконы развязали полномасштабную войну???
Я взглянула на Рафаэля. Он выглядел бледным и сосредоточенным. Сегодня рано утром его и меня вызвали на аудиенцию с императором, и теперь я понимала, почему.
- Рафаэль! – голос императора неожиданно дрогнул. - Нам нужен план и нам нужно… оружие против них. Я слышал, что твой помощник, - он покосился на меня, - обладает большим магическим потенциалом. Вы можете что-то предложить?
Рафаэль немного вздрогнул, и я легко прочитала в его «атмосфере» бурный протест. Рафаэль отчаянно не хотел ввязывать во всё это меня. Но этот протест остался молчаливым, потому что халатное отношение к своим прямым обязанностям в империи Ран приравнивалось к государственной измене, за что можно было и без головы остаться.
«Не беспокойся обо мне!» - послала я ему ментальное облако, и он его тотчас же уловил. Упрямо мотнул головой. Ну что за… настоящий мужчина! Хотелось отругать, но приходится просто признавать его неоспоримые достоинства. Была бы я обычной женщиной, жила бы, как у Бога за пазухой.
