Владислав Казаринов выныривает из сладкого сна под звуки резонирующего мобильника. Валяется, раздумывая о том, стоит ли тряпаться и возвращаться к реальности или пусть телефон продолжает мучить его дальше. Но белый шум за окном внезапно перетекает через дверь — мир кажется будто погружается в вечный сумрак....
"
"И сразу же женский голос залопотал ласково:
– Конечно, Михаил Романович. Но у нас порядки такие. Извините, что оторвали…
И снова Казаринов:
– Не знаю, Ломакин, что там тебе уже оторвали, но я добавлю. Ладно, меня Элла ждет…Нет, долго не задержимся… Ну если ты настаиваешь…
Элла слышала, как, перепрыгивая через ступеньку, к ней несется Влад, и стояла, как дурочка, не смея сойти с места.
«Зайди, закрой дверь, притворись удивленной», – твердил внутренний голос. Но Элла даже не пошевелилась.
«Не до выкрутасов сейчас», – самой себе объяснила она и во все глаза уставилась на Казаринова, оказавшегося на последнем лестничном пролете.
Бледный, небритый, в длиннополом черном пальто, с охапкой бледно-розовых, почти белых роз.
– Наконец-то я нашел тебя, – выдохнул Влад и прижал Элку к себе. Медленно и уверенно вторгся языком в рот и заглушил Элкины возгласы поцелуем. Властным и требовательным. Захватническим и нежным.
– Я люблю тебя, – рыкнул глухо. – Что, черт возьми, ты с нами сделала? По всей Москве тебя искал…
Она зарылась лицом ему в грудь и заревела, как маленькая.
– Не реви, Элка. Слышишь? Никуда от тебя не денусь и тебе уйти не позволю, – прошептал он, заходя вместе с ней в квартиру.
– Мне без тебя не жить, – охнула она, прижимаясь к нему.
– И не нужно, – фыркнул он. – Я – дурак, и мне потребовалось время, чтобы понять собственную дурость и подлость моей семьи. Но я исправился, Элка, слышишь?
– Слышу, – пробормотала она, размазывая слезы. – Просто поверить не могу, как ты меня нашел…
– Я этот, как его, – попытался пошутить Влад, но вместо привычных шуток и стандартных острот в голове образовалась вязкая каша.
– Почему гребаный? – изумилась она.
– Потому что вытрахал мозг себе и окружающим, пока понял, где ты прячешься, – проревел Казаринов и, кинув розы на антикварный комод, подхватил Эллу на руки.
– Где тут самая роскошная спальня? – поинтересовался он сурово.
– Вон дверь, – хохотнула Элла, показывая на комнату, где под большим бархатным пологом расположилась огромная круглая кровать.
– Настоящий сексодром, – оценил Влад. – Придется выкупить эту койку у Ломакина. Или пусть подарит на свадьбу.
Элла глянула на него удивленно.
– Свадьбу? Чью?
– Нашу, Конькова!
– Ты делаешь мне предложение? – довольно хмыкнула Элла.
– Нет, мадам, – пробурчал Влад. – Я просто так приперся в Москву в конце года, свел с ума «АМД» и «Принт-Технолоджис». И те, и другие готовы принять тебя в штат и предоставить удаленный доступ.
