– Она повернулась к Котару: – Что-нибудь еще, Набиль? Может, поднять капюшон?
Он посмотрел на нее, но лишь на секунду, и снова отвернулся к сцене перед ними – полицейские в форме, в гражданском, в форме спецназа. Котар расплылся в улыбке.
– Вы что, шутите? Я родился, чтобы сыграть эту роль."
"Снаружи какой-то офицер уже повторял приказ Трейси. Заводились двигатели, патрульные автомобили пятились или, наоборот, проезжали вперед, освобождая проход через парковку к одинокой черно-белой машине с открытой задней дверцей.
Кроссуайт видела, что на площадках второго этажа и на крыше залегли бойцы спецназа, их винтовки были нацелены на дверь. Как бы ей ни хотелось верить, что Набиль Котар сдался и никому не причинит вреда со скованными за спиной руками, ей все же не давала покоя мысль о том, что он продолжает жить в эпизоде из фильма, который сам снимает в своей голове, и неизвестно, какая сцена заготовлена у него для финала – возможно, исполненная драматической иронии. Она вполне допускала, что конец этого приключенческого фильма с элементами экшен мыслится им как трагический и для него, и для нее.
– Все точно так, как мы договорились, да, Набиль? Медленно, постепенно. Без резких движений. Я тебя поведу. Мы подойдем прямо к машине, и я помогу тебе сесть назад. Нормально?
– Да, нормально, – сказал он, стреляя глазами вправо и влево.
– Выходим! – снова завопила Трейси. Она взяла Котара за рукав футболки и направила к выходу.
Набиль сделал три шага и вдруг встал.
– Подождите.
Трейси поглядела на снайперов.
– Нам некуда торопиться, Набиль. Это твое представление.
– Как я выгляжу?
– Ты выглядишь прекрасно. Хорошо выглядишь.
Луч прожектора с вертолета нащупал их, и Трейси заметила капли пота, бегущие по его лицу.
– Все хорошо, все спокойно, – повторила она. Они продолжили шагать, направляясь к машине. То и дело она поглядывала на него, проверяя, не паникует ли он. Котар улыбался.
– Эй, вы что-то сказали в комнате, мне еще так понравилось. Что это было?
– Никто из нас живым отсюда не уйдет?
– Да, – сказал он.
– Точно. – Он остановился в нескольких шагах от автомобиля и обвел взглядом толпу. Трейси ни секунды не сомневалась – он воображает, что стоит сейчас на сцене, а вокруг – его зрители. Повысив голос, он послал его в сторону собравшихся, точно как актер на уличном представлении.
– Никто из нас живым отсюда не уйдет, – произнес он. – Но умирать сегодня не обязательно. – И он повернулся к ней: – Ну как?
– В яблочко, – ответила Трейси. – Затемнение.
