"
"Как это говорил Джоко, ее старый друг? Кто не страдал, тот не будет счастлив? Но не слишком ли много страданий для одной жизни? Разве они не перевешивают меру счастья, удач и радостных мгновений, выпавших на ее долю?
Она устало опустила голову. И задремала…
1
Маре было семь лет, когда она впервые сбежала от своих витцев. Настоящая фамилия ее семьи была Калдареша, но коренастые смуглые английские цыгане сменили ее на Смит, когда эмигрировали в другую страну, — Маре тогда едва сравнялось два года. Она была невелика для своего возраста, зеленоглаза и светлокожа, но не только этим отличалась от других детей: очень уж бросался в глаза ярко-рыжий цвет ее волос.
Волосы стали несчастьем ее жизни. Из-за них она была совсем не похожа на цыганскую девочку. К тому же рыжие волосы Мары служили вечным напоминанием ее племени о том, что она — дочь гаджо, английского моряка, с которым ее мать, Перса, сбежала в шестнадцать лет.
Через четыре месяца моряк бросил Персу и вновь ушел в море, а Перса возвратилась назад, уже беременная Марой.
Ее вновь приняли в семью, но только потому, что она бесподобно гадала на картах. Впрочем, даже это не спасло бы ее, не будь ее отец баро — главой табора Калдареша. Иначе старейшины племени непременно провозгласили бы ее марамай, что по-цыгански значит «нечистая», и потому к ней нельзя было бы относиться как к равной.
Витцы Персы — то есть группа семей, носивших фамилию Калдареша, — всегда помнили о том, как она в молодости сбежала с гаджо. Ни один цыган не решился бы теперь на ней жениться: опасным считалось даже переспать с ней.
Говорили, что каждый ребенок, которого она родит, будет глухонемым, а каждый мужчина, что проведет с ней ночь, навсегда потеряет свои мужские достоинства.
Когда Маре исполнилось четыре года, она уже прекрасно осознала, что в таборе она изгой, которого не замечают взрослые и над которым издеваются дети. Переносить это Маре было вдвойне тяжело — ведь она родилась ужасной гордячкой. Поэтому каждый раз она старалась дать отпор обидчикам, нисколько не стесняясь крови гаджо, что текла в ее жилах.
Перса, которой маленькая, светлокожая, рыжеволосая и зеленоглазая Мара постоянно напоминала о бывшем любовнике — виновнике всех ее бед, — никогда не пыталась защитить дочь. Однажды двоюродные братья и сестры довольно сильно поколотили девочку, и она прибежала к матери вся в слезах, с окровавленным лицом и разбитой губой, надеясь найти у нее поддержку и защиту, — и это оказалось ошибкой: мать еще сильнее наподдала ей.
