Я оглядываюсь в последний раз и вижу, что женщина смотрит на меня. Не моргая. Совершенно неподвижно.
Я сглотнула и вошла внутрь.
С потолка свисал тусклый свет, освещающий длинную лестницу. Я начала спускаться и, оглянувшись, увидела, что дверь, через которую я вошла, закрыта.
Я спускалась некоторое время и, когда дошла до конца, обнаружила еще одну металлическую дверь. Осторожно открыв ее, я вошла внутрь.
Глубокая тьма окутала меня, когда дверь медленно закрылась за мной. За тихим скрипом последовал мягкий щелчок, который отзывался в моей груди.
Я ничего не вижу.
Даже своих рук.
Я тянусь за ручкой и нащупываю что-то холодное и плоское. Похоже на маленькую металлическую пластину. Я прощупываю все вокруг, мои короткие ногти застревают в щелях дерева, но открыть дверь не получается.
Из моих губ вырывается прерывистый вздох, и я замираю, едва ощущая собственное существование.
Я в ловушке.
Я не люблю чувствовать себя запертой.
Особенно после того, как я просидела несколько часов в машине с мертвыми родителями, прежде чем меня нашли.
Хотелось бы мне думать, что я преодолела свою небольшую клаустрофобию, но чем больше я смотрю и ничего не вижу, тем сильнее сжимается грудь.
Кап.
Я вздрогнула и начала осматриваться, как запертое в клетке животное.
Кап.
Вода. Это должна быть вода, которая откуда-то течет.
Холодный воздух кусает кожу, и в ноздрях витает резкий запах сырой земли, смешанный со слабым зловонием чего-то гнилого.
Я вытягиваю руки в стороны и касаюсь влажного камня.
Туннель?
Пещера?
Осторожно делаю шаг вперед, затем еще один, не отрывая рук от камня. Тишина давит на меня, ее нарушает лишь редкий звук капель воды, звенящих в темноте. Каждый шаг звучит громко, словно эхом отзываясь от стены.
Убедившись, что пол под ногами твердый, я ускоряю шаг. Одежда неприятно прилипает к коже, сердце бьется так сильно, что я слышу только его стук в ушах.
Кто-то однажды сказал, что страшна не тьма, а то, что скрывается в ней.
Поэтому, несмотря на полную потерю зрения, я все равно щурюсь, моргаю и пытаюсь разглядеть что-нибудь вокруг себя.
Не знаю, как долго я уже иду, но этого достаточно, чтобы почувствовать напряжение и сухость в горле. Но, возможно, это из-за того, что я слишком напряжена. Как будто жду, что на меня выпрыгнет один из тех скелетов из аттракциона ужасов.
Хотя я смогла бы справиться с этим или с любым другим ужасающим сценарием. Выдуманные страшилки меня не пугают.
