- Теперь ты свободна. Наша сделка закончилась. – Он говорит тихо, а у меня в ушах словно барабаны гремят.- Спасибо, что помог мне, - слова благодарности приходится вырывать из груди. Вместо них хочется кричать о любви и умолять забыть о сделке.- Будь счастлива теперь. – Он смотрит, не сводя глаз. Внимательно, будто опасается услышать ненужные нам сейчас фразы. Самый красивый, самый любимый на свете. Мой единственный. И уже чужой.- Обязательно. Буду....
Так, на всякий случай. Просто потому, что в свои двадцать семь я вновь стала растерянной влюбленной дурочкой. Или потому, что вдруг начала бояться оставаться одной.
Глупость невероятная! Передозировка эмоциями и открытиями.
Но знай я заранее, что произойдет всего через какой-то час… Поверь я своим предчувствиям..."
"...того, что случилось позже, удалось бы избежать.
* * *Обычно я легко переносила перелеты. Иногда даже казалось, что время над облаками бежало быстрее, чем на земле. Но в этот раз один час длился словно пять.
Как ни уговаривала себя, подремать я так и не смогла. Книгу, которую прихватила перед выходом, так и не открыла.
Мысли о фонде и волнение вытянули последние силы. Все, чего хотелось, — поскорее сойти с борта и сесть в машину.
Когда до посадки осталось минут пятнадцать, это желание начало жечь изнутри. Будто подхватила какую-то болезнь, я чувствовала жар, а во рту все пересохло, как в пустыне.
Нужно было лишь немного потерпеть. Не суетиться. Не дергаться. Но как по заказу рядом оказалась тележка стюардессы, и фраза «Можно мне воды?» сама сорвалась с губ.
Вожделенный стаканчик появился перед глазами буквально спустя два вдоха.
Дальше все полетело словно на ускоренной перемотке в фильме.
Только выпив воду до дна, я заметила, что стюардесса отвлеклась на другого пассажира, а девушка, которая меня обслужила, походила на нее лишь белой рубашкой.
На миг в голове возникла тревога. Захотелось окликнуть настоящую стюардессу, но язык почему-то онемел, и все мысли превратились в кашу.
Как во сне я наблюдала за приземлением. Словно инвалид, позволяла какому-то мужчине помогать мне выйти из самолета. И, с трудом передвигая ногами, шла с ним дальше.
После, как в тумане, были серые коридоры, реки людей и чужие лица. Уже знакомая девушка, та самая, что подала воду, рылась в моей сумочке. Перед глазами мелькал заграничный паспорт. И снова впереди маячил самолет.
Издали он казался игрушечным, маленьким. Я не хотела приближаться к нему и вроде бы даже пыталась вырваться из крепких объятий своего спутника.
Словно запертая в собственном безвольном теле, я ничего не могла сделать. Наблюдала за всем безучастно. Отчаянно пыталась уцепиться за обрывки мыслей. А когда оказалась на борту небольшого частного самолета, всего на несколько секунд закрыла глаза... и уснула.
